The Trial Goes On

translation from Russian by Valentin Spirin

I am just a boy in the courtroom out there in the dock, and
The verdict is seconds away.
Hold no expectations of mercy, this cause is a phoney,
I’m merely an act in the play.
From the back row, I’m being followed by a pair of eyes:
Oh, how do I love them, and how bad now they antagonize!
And there is that girl in a black dress, relentless to anger and scorn,
Nervously hiding her weeping as the trial goes on.

All of these charges made up by the prosecution will send me to prison for years.
Too weak to withstand any torture, I signed all the records – the guilt of all the most fierce.
How can I now look up into these affectionate eyes?
I lost it all, and I’ve got nothing to say anywise.
But there is that girl in a black dress, wiping away a tear,
She’s standing with me till the end for nobody to hear.

I long for believing my death is at hand, that’s a pity, if only was not it so black.
My great-grandfather came back from the war, and another had been through the whole of GULAG.
And now they don’t need any tip-off to put you to death,
The major will cook up some evidence, easy as breath.
My hope for a miracle gone now, the sentence is being read,
I’m sorry, my pain, they have tricked you and left me for dead.

Concreted Backyard

translation from Russian by Valentin Spirin

There was he, a medical student,
One of those trying not to get thrown out,
There was she, an average good-looking girl,
One of those whose attention would have rendered me proud,
They had a small modest apartment
On the second floor in the projects
The stairs went down straight to a dumpster,
And the windows overlooked the concreted backyard.

The neighbors loved to look through their peepholes
To know who’ll be coming and what will they bring,
Each of the guests was intensively trained
To come in very quietly and smoke on terrace only,
Everyone endured a whole lot of risk
When approaching their place at a crossroads,
Should only the sound of sirens appear,
The guests made their way out onto the concreted backyard.

Time has passed, the years have gone by,
He’s finally got his long-expected M.D.,
She’s grown a thousand years older,
And people don’t stop by their house no more,
So now they live doing odd jobs
Hardly making ends meet,
And it’s not likely they still remember
Their windows overlooked the concreted backyard.


translation from Russian byUnknown

You’ve got your legs
You’ve got pair of arms
But I have no legs
And I have no arms
I’m humanoid

I had to be a doctor
And may be a cop
But I have no legs
And I have no arms
I’m humanoid

I was in love one day
But she didn’t love
‘Cause I have no legs
‘Cause I have no arms
I’m humanoid

First Chechen war
Next Chechen war
Tscenvali and Sukhumi
Donetsk and Mariupol
Military hospital
Russian world
Russian world
No arms no legs
I’m humanoid

Алексей Караковский. Суд идёт

Я мальчик в зале суда на скамье подсудимых, вот-вот зачтут приговор.
На милость рассчитывать нечего, дело фальшивка, и я в нём просто актёр,
Из заднего ряда за мной следит пара глаз –
О, как я люблю их и как избегаю сейчас!
И девочка в чёрном платье, злой толпе вопреки
Прячет слёзы нервным движеньем руки.

Все те преступления, что сочинил обвинитель, потянут на годы тюрьмы.
Я слаб, я не выдержал пыток, я всё подписал – и нету страшнее вины,
Да как я могу смотреть теперь в эти глаза?
Я всё потерял, и мне нечего больше сказать.
Но девочка в чёрном платье слёзы протрёт платком,
Она продолжает со мной оставаться тайком.

Как хочется верить, что смерть моя близко, а жаль, ведь всё могло быть не так,
Мой прадед когда-то вернулся с войны, а другой прошёл до края ГУЛАГ,
Теперь же не нужно доносов, для казни твоей
Майор приобщит нарезку из соцсетей,
Я больше не верю в чудо, звучит приговор суда –
Прости, моя боль, что тебя заманили сюда.

Алексей Караковский. Бетонированный двор

Он был студентом мединститута
Из тех, кто пытается не вылететь вон,
Она была обычной красивой девчонкой
Из тех, в кого я сам был бы влюблён,
У них была скромная квартира
На втором этаже хрущёвки,
Лестница вела прямо к помойке,
А окна выходили на бетонированный двор.

Соседи любили смотреть из глазков,
Кто к ним заходит и что несёт,
Каждый из гостей был предельно обучен
Входить очень тихо и курить лишь на балконе,
Каждый подвергался большой доле риска,
Переходя их перекрёсток,
И стоило случиться звукам сирены,
Гости спускались на бетонированный двор.

Время шло, годы уходили,
Он закончил свой мединститут,
Она постарела на тысячу лет,
А люди перестали к ним заходить,
Теперь они где-то работают,
Еле сводя концы с концами,
И вряд ли ещё помнят о том,
Что их окна выходят на бетонированный двор.

Алексей Караковский. Гуманоид

У тебя две ноги, у тебя пара рук,
А у меня нет ног, и рук тоже нет,
Я — гуманоид.

Я хотел стать врачом, а может ментом,
Но у меня нет ног, и рук тоже нет,
Я — гуманоид.

Я когда-то любил, а она меня нет,
Зачем я ей без ног, зачем я ей без рук,
Я — гуманоид.

Первая чеченская, вторая чеченская,
Цхинвали и Сухуми, Донецк и Мариуполь,
Военный госпиталь, русский мир,
Ни ног нет, ни рук нет,
Я — гуманоид.

Рисунок: Мартина Патурца (Эквадор)

Валентин Спирин (Краснодар) – поэт, музыкант и соавтор песен группы «Ложные показания».

Редакционные материалы


Стихи и музыка