510 Views

Представляем Вашему вниманию три стихотворения американского поэта Гарольда Норса — «Мы шлёпнули вашего друга, поэта», «Убери свои громадные тучные крылья подальше от моих глаз, Билли!», «Я слушал Евтушенко».

Мы шлёпнули вашего друга, поэта

На основе обозрения Сирилла Конноли «Смерть в Гранаде, о последних днях Гарсиа Лорки». Сандэй Таймс (Лондон), 20 мая 1973 г.

Мы шлёпнули сегодня утром
вашего друга, поэта,
с большой жирной башкой.

Мы бросили его в канаве.
Я всадил две пули в его зад
за то, что он пидор.

Я был один из тех,
кто ходил брать Лорку,
и вот, что я сказал Росалесу.

Моё имя — Руис Алонсо,
бывший типограф,
депутат правого крыла,
живой и лягающий,
фалангист до конца!

Никто не тронет меня,
я под защитой:
Гражданская Гвардия —
мои друзья.

Оттого, что он был поэт,
что он — лучше других?

Он был чёртов педераст,
и мы устали в Гранаде
от педерастов.

Чёрные эскадроны смерти
перегружены,
ликвидируя профессоров,
студентов, врачей, адвокатов,
как в добрые старые времена
Инквизиции!

Генерал Кейпо де Льяно
любит говорить:
«Дайте ему кофе! Побольше кофе!..»

Мы спросили у генерала
после ареста Лорки,
что с ним делать.
«Дайте ему кофе! Побольше кофе!»

Так что мы отвели его к холмам
и — шлёпнули.
Я хотел бы знать, что здесь плохого;
он был гомосек с левацким уклоном.

Не он ли сказал:
Я НЕ ПРИЗНАЮ ПОЛИТИЧЕСКИХ ГРАНИЦ?

Не он ли сказал:
ВЗЯТИЕ ГРАНАДЫ В 1492 ГОДУ
ФЕРДИНАНДОМ И ИЗАБЕЛЛОЙ
БЫЛО ИСТОРИЧЕСКИМ БЕДСТВИЕМ?

Не он ли назвал Гранаду ПУСТЫНЕЙ,
НАСЕЛЁННОЙ ХУДШИМ ВИДОМ БУРЖУАЗИИ?

Пидор! Коммунистический поэт!

Генерал Франко задолжал мне медаль
за то, что я пустил две пули в его зад!

Убери свои громадные тучные крылья подальше от моих глаз, Билли!

Когда я в унынии,
ничего так не поднимает настроения,
как деньги
или хороший секс.

Отчего так трудно обрести
и то, и другое?

Иногда хороший допинг
помогает нам забыть
о падении доллара
и о болях Америки.

Просто сам акт болтовни на итальянском
оживляет меня снова.

И город, подобный Амстердаму,
а не вид на паркинг в Лос-Анджелесе
укрепляет мой дух.

Тонкие сигары из Суматры, в коричневых
деревянных ящиках,
и четверть килограмма старого сыра Гауда
смягчают меня больше, чем гамбургер
на пластмассовом столике придорожного кафе.

Поэзия Блеза Сандрара
кажется ближе
в номере отеля на улице Сарфатипарк,
в Амстердаме,
чем среди пресвитерианцев в парке Секвойя;
и фламандский язык,
который скребёт моё ухо,
становится плоским, как проколотая шина,
как американская история
в телевизионной версии,
как коммерческая реклама дерьма.

И, когда я беседую с Франко Белтраметти
или Гэрри Хугстратеном,
или Симоном Винкенугом,
или Джоанной Кайгер,
или Тедом Бэрригеном,
или Айрой Коэном,
или Томом Роувортом,
или Томом Пикардом,
или Энни Уальдман,
или Карлом Вайсснером,
или Верни Фебруари,
или Джессикой Хейгедорн,
я знаю — мы жители единой страны,
которая НЕ является
родиной Джимми Картера
или Аниты Брайант,
и хриплый голос Аллена Гинсберга
мне слаще голоса Билли Грэма.

Убери свои громадные тучные крылья
подальше от моих глаз, Билли!
Если ты направляешься в небеса,
это то место, где я не хотел бы быть.

1978, Амстердам

Я слушал Евтушенко

«Сегодня в нашей стране — народ избирает своих поэтов
и решает, чьи произведения будут опубликованы…
Всенародное признание — вот, что учитывается.»

Евтушенко, из интервью газете «Летр франсез», 14.2.63 г.

Я слушал Евтушенко в Париже…

Он выглядел настолько американцем —
выше шести футов рыжеволосый костлявый
небрежная улыбка серый свитер
тракторист из Канзаса
славный парень кукурузных полей —
здесь на подмостках в Париже…
пять тысяч человек всхлипывая
теснят полицейский кордон
синяя цепь сдерживает толпу
готовую смять запаркованные автомобили…

Ещё до того как он открывает рот
массы проглатывают слова…
Ещё до того как вылетают слова
толпа давится ими — поэзия?
нет… скорее водка, политический дурман…
Он открывает рот — вспышка! взрыв!
«варварское великолепие» воспламеняющее кровь —
лжепророчество дотлевшее до шлака:
петарды глаголов, огнемёты существительных!
— царь Борис Годунов
берущий серебряные рубли с подноса
и раздающий их голодной толпе
— волны прибоя над песочными замками ушей!
здр-р-рраствуйте… кр-ррутица…
вер-рртица… очи-чор-ррныя…

Ах, американские поэты…
опасающиеся горланить –
которые убеждают молят бормочут
которые мычат ворчат долбят
брюзжат и острят
которые сомневаются
которые возглашают
которые вопият
чтобы пробиться
сквозь безразличие насекомых…

Сожгите свои жуткие письменные столы!
свои холодные крепости увитые плющом!
Заросли вашего мозга
ограждены роговыми очками
и окутаны жидким туманом
гладких волос!
и на кладбище ваших слов
на надгробном камне ваших убеждений
не останется и царапины
от тупых и грязных ногтей
оплакавших вас!
……………………………………..
О американские поэты которых никто не слышит!
которые не продают 100 тысяч копий в один день!
которые не одаряют людей тем чего они желают!
Но вы – воскуряющие зелье свободы
(а не опиумную трубку Кремля
или психохимические сигары Пентагона)
Электромагнетические Поэты Ядерного Видения
задающие несносные вопросы: Бог – это вирус?
являюсь ли Я четвёртым измерением
в композиции Мирового Сознания?
При отсутствии мистических чувств
к пролетариям и вождям
вы выступаете против лидеров
всякое государство вам неугодно.
Это не политический стих.
Это стих лицом к лицу
на кулаках и коленях —
длинной дистанции…

Воспоминания о Евтушенко в Париже…
Евтушенко на декадентском Западе!
Распродажа «Коммунистического манифеста» — извне
и рычание цепного медведя – изнутри…

1963, Париж

Harold Norse. We Bumped off Your Friend the Poet

Based on a review by Cyril Connolly, Death in Granada, on the last days of Garcia Lorca, The Sunday Times (London), May 20, 1973.

We bumped off your friend the poet
with the big fat head this morning

We left him in a ditch
I fired 2 bullets into his ass
for being queer

I was one of the people
who went to get Lorca
and that’s what I said to Rosales

My name is Ruiz Alonso
ex-typographer
Right-wing deputy
alive and kicking
Falangist to the end

Nobody bothers me
I got protection
the Guardia Civil are my friends

Because he was a poet
was he better than anyone else?

He was a goddam fag
and we were sick and tired
of fags in Granada

The black assassination squads
kept busy
liquidating professors
doctors lawyers students
like the good old days of the Inquisition!

General Queipo de Llano
had a favorite phrase
«Give him coffee, plenty of coffee!»

When Lorca was arrested
we asked the General what to do
«Give him coffee, plenty of coffee!»

So we took him out in the hills and shot him
I’d like to know what’s wrong with that
he was a queer with Leftist leanings

Didn’t he say
I DON’T BELIEVE IN POLITICAL FRONTIERS?

Didn’t he say
THE CAPTURE OF CRANADA IN 1492
BY FERDINAND AND ISABELLA
WAS A DISASTROUS EVENT?

Didn’t he call Granada A WASTELAND
PEOPLED BY THE WORST BOURGEOISIE IN SPAIN?

a gueer Communist poet!

General Franco owes me a medal
for putting 2 bullets up his ass


Рисунок: Робер Гарсия (Испания)

Родился в 1935 году на Волыни. Окончил филологический факультет Киевского университета. Служил в ВВС. Работал токарем, слесарем, котельным рабочим, авиамотористом; преподавал словесность в школах Саратовской, Владимирской, Новгородской и других областей. С 1975 года проживает в США в г. Кливленд, работает в области самолётостроения. Первая публикация - в журнале "Континент", № 56 (1988). Сборник "Кумачовщина" вышел в издательстве New England Publ. Co. в 1990 году. Переводит американскую поэзию середины ХХ века (Чарлз Буковски, Эдвард Филд, Гарольд Норс, Стивен Добинс, Эл Жолинас, Филипп Лопэйт и др.). C украинского языка переводил стихи Тараса Шевченко.

Редакционные материалы

album-art

Стихи и музыка
00:00