640 Views

иностранный агент

иностранный агент выползает из логова в полночь
в мрачный час, когда зло многократно сильнее добра
он настигнет тебя, и никто не поспеет на помощь
он утащит тебя в свой бесскрепный прозападный мрак

он прочтет твои страхи, чтоб знать, как к тебе подобраться
он растлит твою душу в госдеповской жуткой игре
он отлично умеет пытать колбасой по два-двадцать
соблазняя тебя на содомский ужаснейший грех

а с лучами рассвета, приняв человеческий облик
выпив крови младенца, засядет в фейсбук и тик-ток
клеветать на совдеп, разводить либеральные сопли
кто попал в его алчные лапы — не спасся никто

их все больше и больше, они проникают в Рассею
по подземному лазу, что вырыт масонским кротом
все трудней воровать патриоту, пока они сеют
семена бездуховности… так входит НАТО в наш дом

кукольный домик

Мальвина бежала в чужие края
иначе сидела бы за нихуя
скулит, но не лает, кобель Артемон
иначе — зачистка, иначе — ОМОН

ведь властный тандем Дуремар-Карабас
радеет о благе всех кукольных масс
а те, кто не в силах усвоить урок:
сидит Буратино, застрелен Пьеро

Мальвина бежала в чужие края
наш кукольный домик во власти ворья
духовные скрепы — попробуй их тронь
пиявочки, плетка и вечная вонь

на заднице ленточка — возле очка
трусы отстирали — привет новичкам
но после любой непонятной хурмы
пиявочник скажет, что это не мы

Мальвина бежала в чужие края
иначе — суд троек, этап, лагеря
аресты счетов, понятые, спецназ
мы куклы, свободная жизнь — не для нас

наш кукольный домик… земля или пух
так быстро ломается кукольный дух
превратности выбора: жизнь или честь
пиявочки высосут все, что здесь есть

люди смотрят из окон во тьму

люди смотрят из окон во тьму… тьма становится ближе
заполняя пространство, скрывая черты и детали
ты уснешь, и увидишь во сне, что ты будто-бы выжил
но твой гребанный мир… приглядись… мы об этом мечтали?

мы мечтали о страхе? мечтали стирать переписки?
мы мечтали всем миром в СИЗО собирать передачи?
тьма становится ближе… и учит нас взвешивать риски
мир давно изменился… ты счастлив? ты веришь в удачу?

люди смотрят из окон во тьму… далеко до рассвета
чьи-то ноги по-прежнему ждут, что их кто-то раздвинет
где-то пиздят кого-то… ломают кого-то и где-то
двое в штатском, скучая, сидят в неприметной машине

мы хранили мечты, чтобы кто-то сожрал их на ужин
людям снится, что мир не безлюден, не проклят, не выжжен
люди смотрят из окон во тьму… тьма вползает им в души
люди смотрят из окон во тьму… тьма становится ближе

отправляйся, сынок, на войну

отправляйся, сынок, на войну с бравой песенкой звонкой
мамка будет гордиться, когда принесут похоронку
и родня будет рада, когда тебя в землю зароют
ведь сынишка вернулся домой по кускам, но героем

отправляйся, сынок, на войну, вот, приясядь на дорожку
телевизор зовет: до победы осталось немножко
жизнь отдать за царя — не о том ли писали нам в книжках
чей-то крест — воровать, а твой долг — защитить золотишко

отправляйся, сынок, на войну, да не с бухты-барахты
за дворцы, лимузины, счета и шикарные яхты
за просрочку с помойки, что нынче старушке на ужин
ты получишь посмертно медаль, но твой подвиг нам нужен

нефть уходит по трубам, туманы плывут над погостом
и упадок сменился опять отрицательным ростом
а солдатское мясо… когда и кому было жаль их
отправляйся, сынок, на войну, мы еще нарожаем

люди второго сорта

люди второго сорта редко целуют знамя
люди второго сорта часто кончают в яме
им непонятен принцип: да, был пиздец, но жили
видишь, сынок, их лица? это враги, чужие

люди второго сорта — их стало слишком много
люди второго сорта смеют идти не в ногу
вечные недомолвки, вечные охи-ахи
гады и прошмандовки, гнусные либерахи

в людях второго сорта мало почтенья к плети
сколько ни бей им морды, невмоготу терпеть их
скользкие любят фразы, умные корчат рожи
вот бы их взять и разом скрепненько уничтожить

как обьяснить тупицам, чтоб не ходить кругами
наша земля-землица окружена врагами
выйдут на поле рати, то-то пойдет веселье
наших силенок хватит, чтоб враждовать со всеми

блудильня «ебись и точка»

а в людской блудильни «ебись и точка» на столе варенье да самовар
заходи, боярин, согреться в ночку, на купца любого найдем товар
наши девки — сущие озорницы, распрягай гнедых, разгони тоску
миловаться — это же не жениться, ты таких не сыщешь на всю Москву

вот Дуняшка, сиськи — что два бидона, ну и что с того, что на жопе прыщ
матерится, курва, зато крещёна, а блажен, вестимо, кто духом нищ
ну и что с того, что мохнато лоно, удалой ебака лесов не сцыт
но придется, родненький, без гондона, ведь гондоны нонеча дефицит

вот Глафира, в отрочестве — Пафнутий (насмотрелся в детстве японых манг)
сто писят целковых, и можно вдуть ей, оголяй же дуло, гвардейский танк
ну и что с того, что совсем не скрепно, и таких бы пиздили на селе
наши скрепы — брюква, навоз и репа, а боярам надо повеселей

ну какие Бьянки, Сюзанны, Беллы? ведь у нас особый, духовный путь
накатить по чарке, а дальше смело, прикрутив усы, пятерню на грудь
снять кафтан, а дальше пизда по кочкам, нашим девкам рады и млад, и стар
заходи в блудильню «ебись и точка», на купца любого найдем товар

натовские козни

чем ядреней ахинея, тем суровей и серьезней
быть должно твое ебало, в идеале — кирпичом
тот же Грека, та же река, те же натовские козни
завербованные раки, и закон им нипочем

не в коррупции проблема, а бороться нужно с ленью
околачивая груши, высирая кирпичи
дорожают по указке, не по щучьему веленью
санкционные запчасти для емелиной печи

знать, опять сгустились тучи над бессмертным Третьим Римом
коли вражеским агентом оказался дед Мазай
ведь придут солдаты НАТО, и поверь, они отнимут
твой сортир, буржуйку, спички, жигули и микрозайм

отцы и дочки

что ж ты, доченька, натворила? как могла ты нас с мамкой бросить?
ну какая ты городская? ты же выросла на селе
вот недавно смотрели фото, там тебе еще было восемь
и до слез, ведь тогда жилось нам и счастливей, и веселей

ты же помнишь покос и жатву, Первомай, пионерский лагерь
помнишь сладкую газировку, и как вкусен был наш пломбир
и Ильич, что был вечно юным, серп и молот на алом стяге
а теперь — ничего святого… кто украл наш прекрасный мир

посмотри, во что ты одета, стыд-позор на седины наши
окунулась в купель разврата и исчезла в ней навсегда
шибко умная стала, доча, научилась перечить старшим
свое мнение? да такого не потерпим мы никогда

все друзья твои — сплошь подонки, спекулянты да пидарасы
сколько мы таких с дядей Сашей постреляли на Колыме
ты не видишь, как ты позоришь наш оплот трудового класса
многовато тебе свободы, заскучал по тебе ремень

в общем, доча, давай кумекай, на раздумье тебе неделя
возвращайся к нам с мамкой мирно, выйдешь замуж, родишь внучат
мы вам выделим аж полдома, не обидим, добро разделим
а не хочешь добром, так силой — нам недолго и осерчать

мимо будущего

хоронили свои души в седой золе
били в спину непослушной босой заре
на повестке лишь раскол, а за ним распад
ждал небесного престола, да все проспал

и привычная сумятица в пыльный сон
да куда-то снова катится колесо
по лугам да шеям скошенным, жизнь поправ
мимо будущего в прошлое — к праху прах

упиваясь алым соком, копя нарыв
не узнает ясный сокол сырой норы
мчи за мертвыми идеями, шпорь коня
не жалея о содеянном… не поняв

то ли ангел с неба спустится, то ли бес
лишь осенняя распутица, мертвый лес
все запущено, заброшено, прав-неправ
мимо будущего в прошлое — к праху прах

золотая рыбка

а старуха все истерила, а старуха не унималась
голосила с клюкой на деда: ты моряк или не моряк?
скучно быть столбовой дворянкой, ведь осталась такая малость
я хочу золотую рыбку в панировочных сухарях

пусть запишут нас в браконьеры, а мы всех их пошлем с улыбкой
мы ж великие, нам все можно, нам все прочие не чета
мы вторая артель на море, что такое нам эта рыбка
ведь у нас есть сверхточный невод, мы им выловим хоть кита

скучно быть столбовой дворянкой, не для этого нас растили
рыбка плавает слишком вольно, топчет нашу рыбачью честь
двигай задницей, старикашка, дурачина ты, простофиля
нужен к вечеру план рыбалки, чтобы рыбку поймать и съесть

пока Она не придет в твой дом

не все так просто и однозначно… футболка с буквой, диванный мачо
герой, защитник, солдат удачи, послушной жопе везде тепло
чужие мысли засели прочно, флешмоб холопа «гордись и точка»
тик-токи, запись на ноготочки… пока Она не придет в твой дом

репосты авторитетных мнений, нас не поставили на колени
и тонны пропагандистской хрени — картинка битвы добра со злом
побольше экшена на экраны, врагам народа раздали баны
все пидарасы, мы д’Артаньяны… пока Она не придет в твой дом

а в отношениях вновь «все сложно», но мы великие, нам все можно
струится гордость по сытым рожам сквозь время, связанное узлом
гробы кучкуются за Уралом, а тут спокойно, заткни хлебало
айда бухать и шутить про сало… пока Она не пришла в твой дом

дети фашистов

детям фашистов лепят мишень на спины, форма, парады, танки — такая мода
дети фашистов вырастут на руинах рухнувшей в одночасье тюрьмы народов
трудно учиться видеть и мыслить шире, если тебя с рожденья готовят к драке
выбор не их: родиться в свободном мире или в имперском смрадном чумном бараке

дети фашистов спросят отцов однажды: что ж вы за твари, хуле вам не хватало?
ломка тоталитарной кровавой жажды — тридцать седьмого вам показалось мало?
мало вам трупов? мало расстрельных списков? совесть раба, зачатая в пьяной случке
все для потомков — ленточка, рюмка, миска, гордость, чифирь и лагерная колючка

детям фашистов будет уже не важно, кто отдавал, а кто исполнял приказы
трудно отмыть налет многолетней сажи… мир насторожен, риск новой буйной фазы
в пыльных сараях спят топоры и вилы… сырость и плесень… прочь, но крепки засовы
дети фашистов плюнут на их могилы… просто жить дальше… с вечным клеймом позора

сумерки идолов

красные идолы, вехи зла, капища смерти, тотальной лжи
ждут новых жертв, чтоб опять текла кровью — надежда, свобода, жизнь
скалится очередной упырь, пляшет по трупам лишенных прав
молот свободы, круши их в пыль
ветер, развей их зловонный прах

смерть и забвение… пей до дна память кровавого октября
папки доносов, террор, война, пытки, расстрелы и лагеря
есть, чем гордиться, сюжет не нов… сумерки идолов, вой толпы
молот свободы, множь их на ноль
ветер, развей навсегда их пыль

лепесток

только плач и зубовный скрежет
время нас без наркоза режет
неоправданные надежды
можно смело делить на сто
заколочены двери рая
оживая и умирая
за последней осенней стаей
ты лети, лети, лепесток

наше прошлое в рваной робе
бродит призраком средь надгробий
сколько в людях скопилось злобы
где зловонный ее исток
затхлой гордостью во все щели
поздно выть и просить прощенья
время полного очищенья
ты лети, лети, лепесток

точки пройдены, слишком поздно
ночь не слышит молящих слезно
ночь уходит, роняя звезды
алой кровью горит восток
только ненависть круг за кругом
заклейменные Кали-Югой
пусть поет вековая вьюга
ты лети, лети, лепесток

тьма извергла своих исчадий
я прошу тебя: света ради
будь бесстрастен и беспощаден
будь безжалостен и жесток
да и кто б говорил про жалость
если сердце еще не сжалось
обнажая возмездья жало
ты лети, лети, лепесток

*

март 2021 — июль 2022

Творчество Вадима Фомина - поле непрекращающейся битвы разочаровавшегося циника с еще не утратившим надежды романтиком. Сквозь клубок внутренних и внешних противоречий Вадим Фомин приглашает читателя в путешествие по темной стороне реальности и, если повезет, увидеть в конце свет.

Редакционные материалы

album-art

Стихи и музыка
00:00