566 Views

Тра-ля-ля про короля

Наша жизнь — абсурд и фарс,
Поперечный ща-бемоль.
Мясокрутка режет фарш,
Вечность делится на ноль.
Шибеница на холме
Подросла за этот год,
А на радиоволне
Кто-то песенку поет:
Тру-ля-ля да тра-ля-ля,
Выбираем короля!

Пой, голОта, веселей,
В хомуты свои пригнись —
Мы сажаем королей
Редькой вверх и репой вниз.
Флейта чаечкой орет,
Сводный хор плюет в трубу:
Выезжай, честной народ,
На соседском на горбу!
Тру-ля-ля да тра-ля-ля,
Дружно славим короля!

Трон построим из фольги,
А дворец — из хрусталя.
Вот картонные враги
И вассалы короля.
Вот ворота из муки,
Пластилиновый донжон…
Как хотите, мужики —
А порядок быть должон!
Тру-ля-ля да тра-ля-ля,
Коронуем короля!

Сладкий дым бумажных хат,
Оловянные полки…
У игрушечных солдат —
Натуральные кишки.
Кто кого разбил вчера,
Кто кого добьет к утру?
Тает замок изо льда,
Знамя плещет на ветру.
Тру-ля-ля да тра-ля-ля,
Может, скинем короля?

Исторический момент,
Растудыть его в поля:
Толпы рушат монумент,
Рвут на части короля.
На столе лежит картон,
Пластилин, фольга и клей,
Колокольный льется звон…
…Может, хватит королей?

Фрейлахс

Читать — грешно,
Писать — смешно,
А говорить — опасно.
Дрожит шершавый потолок над лампой Ильича.
Кого посадят и куда — пока еще неясно.
Построить тюрьмы — не вопрос,
Да мало кирпича.

Не дай вам бог прийти на свет в тяжелую годину,
Жить, примеряя на себя изгнанье и арест!
Стоять — провалишься под лед,
Идти — прикончат в спину,
И будешь в проруби говном — пока не надоест.

Любой, кто мыслит поперек — почти что враг народа,
Ходи по рельсам и гуди,
Чем мы не поезда?
Почто покинула ты нас, свободушка-свобода,
Зачем кукуху забрала из отчего гнезда?

Добро давно на грани зла, отчаянья и фола,
И даже свечи зажигать — уже немой протест.
Разбей об стену телефон,
Закинься валидолом
И слушай крики за окном — пока не надоест.

Молчат гитара и тромбон,
Гармонь, кларнет и лира,
Молчат дудук, виолончель, и туба, и фагот…
На фоне грязно-желтых туч белеет голубь мира,
Засравший всё, и всех, и вся с космических высот.

Ты не узнаешь, кто донес —
Так и помрешь невеждой.
И лучше сразу сколоти себе и гроб, и крест.
Не надо сердце бередить несбыточной надеждой.
Тебе дают еще дышать.
Пока не надоест.

Исход

Сосновая настойка,
Дубовая кровать.
Мы потеряли столько,
Что нечем горевать.
Качу-верчу тележку —
В ней камни и слова,
Твой свитерок-норвежка,
Цыганская сова,
Собак печальных стая,
Кларнет и тамбурин,
И песенка простая,
И сербский мандарин,

Гитара с перебором,
Морозная звезда…
Шуты уходят хором
Неведомо куда.
Сырая горсть морошки,
Рябиновый листок,
И дней последних крошки,
И новых дней исток,
Сосновая настойка,
Еловая кора…
И не свербит нисколько,
И странствовать пора.

Мы нынче молчаливы —
Бесслезные скупцы …
Трясет лошадка гривой,
Щебечут бубенцы.

Туман на крыши выполз,
Рассвет раззявил рот…
Латинское «exitus» —
Больнее, чем «исход».

Гори, гори моя свеча

Пока еще не пробил час
Крушить, ломать, рубить сплеча,
Пока доносов саранча
Весь мир не сожрала —
Гори, гори, моя свеча,
На краешке стола.

Пока за мной идет конвой
Пыля придавленной травой,
Пока не встанет часовой
Недвижно у двери —
Гори, свеча, господь с тобой,
Гори, свеча, гори!

Пока меня не повезли
На самый белый край земли,
Пока не грянут из щели
Февральские ветра —
Гори, свеча, испепели
Все то, что сжечь пора.

…Не вспоминай, не обессудь,
Тебе другой проложен путь,
И твой с моим перехлестнуть
Уже не суждено.
А мне пришьют звезду на грудь,
И номер заодно.

Горит, горит моя свеча,
Горит — чадя и хохоча,
Горит в ночи, кровоточа,
Как желтая звезда,
И под ботинком палача
Уходит в никуда.

Дыши.
Пройдет и боль,
И шок….
…Дополз домой.
Свечу зажег,
Хватил стопарик — есть грешок
В такие, сука, дни.
…Ты только выживи, дружок,
Господь тебя храни!

Дура-Варшавянка

Воля-волюшка горька,
Барская причуда —
Не печалуй мужика,
Отпусти, паскуда!

Не хочу ни в светлый рай,
Ни в геенну задом,
Как ты кровь ни задирай —
Мне тебя не надо.

Во полях растут грибы,
А в лесу — овсянка.
Дай мне сдаться без борьбы,
Дура-«Варшавянка»!

Воля-волюшка горька,
Барская причуда —
Не печалуй мужика,
Отпусти, паскуда!

Мне б рассола поутру,
Бабу посмирнее —
Все равно не отдеру
Хомута от шеи….

Мне б не сдохнуть на ветру,
Отпахать делянку…
Не ори в моем двору
Дуру-«Варшавянку»!

Вот пойду, побрею вшей —
Расплодились, твари!
Ты мне труса-то не шей,
А не то как вдарю!

Раз — по ребрам, два — в пятак,
Три раза — по шее.
Я ведь смирный на трезвяк,
А запью — зверею!!!

Галка села на забор,
Началась морзянка.
Не стреляй по мне в упор,
Дура-«Варшавянка»!

Вечный бой и крепкий тыл —
Разница большая…
… Я б и руки опустил —
Кандалы мешают!

Колыбельная Татьяны

Спи, хороший, спи, родной,
Гаснут звезды над страной,
Алые, зеленые,
Злые, раскаленные.
Спи, петрушка-дурачок,
Снял колпак — и все, молчок,
Чтоб тебя не сглазили,
В мысли не залазили.

Спи, герой-штаны-с-дырой,
На замок себя закрой,
Чтоб ветра не выдули,
Душеньку не вынули.
Лен, рогожа да пшено —
Что такому суждено?
Сторона восточная,
Горькая, бессрочная,

Белы снеги, лес дремуч…
Ты закрой-ка рот на ключ,
Целой будет кровушка,
Шея да головушка.

А метель стеной живой
Поднимает волчий вой —
Спи, тряпичный, крашеный,
Удалой-безбашенный.

Спи, хороший, до зари,
Все свое держи внутри.
Сердце — не игрушечка.
Сладких снов,
Петрушечка.

Финал (Отпусти мой народ)

Мы уходим. Зачем на пороге стоять?
Беспощадное время не вывернешь вспять,
Даже ручка двери — как меча рукоять.
Мы уходим.

Мы уходим. За окнами дышит рассвет
Здесь нас больше не будет. Почти уже нет.
Пылью старого дома пылает наш след —
Мы уходим.

Там, где невод бросают — пшеницы не сей,
Так ведется с начала времен:
«Отпусти мой народ!» — говорил Моисей,
«Не дождетесь!» — сказал фараон.

Обозленной толпы растревоженный ор
Постепенно сливается в греческий хор,
Перед нами — июльский лазурный простор:
Мы уходим.

По лесам, по степям, по тропинкам в горах,
На телегах, в кибитках, в цыганских шатрах,
Отряхнув с наших судеб невидимый прах —
Мы уходим.

Сладкогласых сирен обманул Одиссей,
Их мычаньем побрезговал он.
«Отпусти мой народ!» — говорил Моисей,
«Разберемся!» — сказал фараон.

Мы не знали ни год, ни полгода назад,
Что разверзнется маленький атомный ад,
Что земля пошатнулась и стены горят —
Мы уходим.

Будь же к нам благосклонна, бродяжья звезда,
Как босые волхвы, мы идём в никуда,
Пусть удачей для нас обернется беда —
Мы уходим.

Дай нам Бог, чтоб дошли и доехали все,
Кто судьбой шутовской озарён.
«Отпусти мой народ!» — говорил Моисей.
«Убирайтесь!» — сказал фараон.

И, на миг покидая насиженный трон,
Не как бывших рабов — как друзей
«Может, все же вернетесь?» — спросил фараон.
«Да иди ты!» — сказал Моисей.

Композитор, режиссер музыкального театра-студии "Тенер", поэт и художник-график. Родилась в подмосковных Люберцах, всю жизнь живет в Москве, много путешествует автостопом, увлекается историей, любит железные дороги и заброшенные заводы. Не замужем, двое взрослых детей.

Редакционные материалы

album-art

Стихи и музыка
00:00