326 Views

* * *

…на Рождество стрельба прекращена.
нейтральный снег ложится на морщины,
и кажется, что вечная война
утрачивает веские причины.

и кажется, поборники войны
умолкнут вдруг и не заявят в блоге,
что снег летит с противной стороны,
на зверство провоцируя в итоге.

и кажется, снег скроет имена,
предателя, врага и отщепенца.
на Рождество стрельба прекращена,
чтоб мир услышал вечный крик
Младенца…

* * *

…старушка у храма жалеет кота,
приносит дешёвого корма.
и кажется, мир, где царит нищета,
не ужас, а некая норма.
как списки пропавших; как свары родных;
как мрачные лица прохожих;
как злые вахтеры на всех проходных;
как право давить непохожих.
как плечи дюймовочки в лапах крота;
как сломленный блок на аллее.

старушка у храма жалеет кота.
а кот никого не жалеет…

* * *

…вечно встречный ветер, ветер…
жжётся, как напалм.
бог поэту не ответил,
и поэт упал.
за падение не спросят
и не отпоют.
так позднее падал осип
в родину свою.

не удобрил, не задобрил,
никого не спас.
вражий ветер вгрызся в ребра
каждому из нас.
за подкову бьются блохи;
а над центром склок —
символ нынешней эпохи —
падающий блок…

* * *

…поэты с одной и с другой стороны
для бабки-поэзии крайне странны;
не видя иного примера,
она вспоминает Гомера
и шепчет: сейчас актуальна вдвойне
великая песня о давней войне,
увы, на полях телеграма
ни Гектора нет, ни Приама,
ни слов, что Ахилла смирили в ночи
и душу от зверства смогли излечить,
позволив под бронзой доспеха
в чужом разглядеть человека…

* * *

…цель ластика — учить карандаши,
Он — лучший регулятор атмосферы.
Как белое увидишь — не спеши,
Зови его (на всякий случай) серым…
Как чёрное увидишь — подожди —
Быть может, мы его ещё отмажем.
За ластик крепко держатся вожди
И все руководители со стажем…

* * *

…чем запомнится этот виток
мировой исторической ленты?
тем, как был перевернут цветок
под натужные аплодисменты;

как рассыпалась божья земля;
как смешались бутоны и корни;
как хмельно подмигнул емельян,
возвышаясь над спинами дворни;

как всезнающей шваброй в совок
торопливо сметали ошмётки;
а потом — уцелевшие тётки
воспевали погибший цветок…

* * *

…когда закончились врачи,
призвали дворника.
сказали: «ты теперь лечи,
дежурь до вторника!»
ответил дворник: «ёшкин кот!»
(мол, зря оформили.)
тогда про сорок первый год
ему напомнили.

что делать!
дворник влез в халат
и скинул валенки.
ведь он ни в чем не виноват,
он винтик маленький.
надел перчатки, взял трепан,
и — вот, смотрите-ка:
врач перевыполняет план,
и глохнет критика!

* * *

…потом бесчеловечный топот
прочистит средние умы;
потом свидетели потопа
сольют поборников чумы;
потом суды;
потом вердикты;
на блюде чья-то голова;
потом условный венедиктов
не сможет отыскать слова;
потом у божьего барака
мы встанем призрачной стеной —
разъединенные, однако
объединенные виной;
перечитаем военкоров
и пересмотрим алфавит;
эпоха тёмных коридоров
эпоха длинных разговоров
нам предстоит…

* * *

«я мыслю, следовательно — я есть»

Рене Декарт

…беспредел не значится на картах;
безгранична праведная месть.
я, перефразируя декарта,
мыслю, значит — следователь есть.
из обрывков злого разговора
скручивает ниточку судьбы —
старший внук товарища майора,
мастер очистительной борьбы.

но вокруг колеблется эпоха,
о границу бьется и спешит,
смутно чуя: «хорошо» и «плохо»
не измерить гирьками души.
не пойдут по струнке части речи;
не исчезнет слово-паразит.
прошлый век не кинется на плечи —
он в шкафу на плечиках висит…

* * *

…в ноябре начинается снег;
в ноябре начинается лёд —
и для тех, кто задумал побег;
и для тех, кто замыслил полёт.

пусть бегут, пусть летят далеко;
кто в десятку, а кто — в молоко;
от себя, от судьбы, от страны,
от сумы, от тюрьмы, от зимы.
от оскала родного одра;
от случайных осколков добра;
от наколок на левой руке —
пусть бегут, пусть летят налегке.

а для тех, кто растратил пробег;
кто привык — то впросак, то в пролёт,
мельтешит утешительный снег,
и скрипит снисходительный лёд…

* * *

…не надо, не ищи
исток во тьме веков,
в стараниях врага, в приливах и отливах…
ты просто полюбил ломать снеговиков.
особенно — больших.
особенно — счастливых…

* * *

…пробьют часы на спасской башне,
дрожа в объятиях зимы.
мы поглядим на нас вчерашних —
и не поймём, что это мы.
не вспомним запах пыльных комнат
и тусклых окон миражи.
но нам напомнят.
нам напомнят,
что лёгкий мир — недостижим;
что будет тягостно и долго;
что будет яростно и зло;
что будет выживший оболган
глумливым «просто повезло»;
что чистый будет пересчитан
и перепачкан на суде,
в котором худшая защита —
слова о чести и судьбе;
часы пробьют…
но — неизвестно,
что хлынет в сумрачный пролом,
и для кого не будет места
за обезлюдевшим столом…

* * *

…снова бродить по улице
шаркать бубнить вздыхать
о сероглазой умнице
скрывшейся от греха
снова не знать а жарко ли
было внутри мечты
так фонари накаркали
так наплели мосты

снова ку-ку кукушкино
не оборвать в ночи
стало быть дольше пушкина
надо судьбу строчить
в сердце прикрыть подпалины
и не хулить царя
так будет снова правильно
так будет вечно зря…

* * *

…война подбросила вопросы;
и вниз посыпались ответы;
в ещё дымящуюся россыпь
нырнули мелкие поэты.
и там пригрелись, как бездомный
в тиши незапертой парадной.
но кто-то вынырнет огромным,
а кто не вынырнет — и ладно…

* * *

Октябрь оставит, уходя,
Листы, теряющие в весе,
Следы невиданных репрессий
И обещания дождя.

А после — ветер разнесет
Охапки золотых лохмотьев;
Душа, переругавшись с плотью,
Решит «Я ухожу. И всё!»

Пробьется слово-паразит
Сквозь заграждения поэта.
Пейзажи Нового Завета
Постмодернист преобразит.

Интеллигент объявит тост
За неучастие в процессе;
И жертвы будущих репрессий
За прошлых сделают репост.

* * *

…какой-то дед в мясном отделе
ворчал, прокручивая фарш,
о том, что люди поредели
и заигрались в «шагом марш»;
бубнил, что дело не в козлёнке,
а в материнском молоке;
и свежий фарш в прозрачной плёнке
слегка подрагивал в руке.

дед бормотал.
была суббота.
был пуст и чист мясной отдел.
лишь где-то с краю, для чего-то
случайный таракан сидел
и слушал, рыжими усами,
смиряя запад и восток:
«не для того тебя спасали;
не будь упрям, не будь жесток;
не сотвори себе кумира;
не пробуй вражьего вина;
не пей за смерть во время мира;
не пей за смерть, когда война.
запомни: все заветы — плёнка
над монстром, дремлющим в реке;
и не спеши варить козлёнка
на материнском молоке…»

Редакционные материалы

album-art

Стихи и музыка