480 Views

Pater Noster

стало людишек много мой друг петроний
фабий сказал досылая патрон в патронник
утро трубило птицами пахло пижмой
фабий петроний оптика третий лишний

ныне помилуй и присно небесный отче
у артобъекта сутулится артнаводчик
были в полях хлеба да побило градом
тучи над городом встали над вертоградом

весь не умру ну а если и весь умри я
хлебом насущным взойду иисус мария
только очисти над нами небесный купол
фабий петроний горловка мариуполь

2015-2016

last fight

я вышел из лесу был сильный мороз
сказал атаман и заплакал
мы в кружку налили ему купорос
а после задраили клапан

всем стало понятно какого рожна
мы служим в крылатой пехоте
что нежная ночь ни хрена не южна
и боекомплект на исходе

потом есаула убило ядром
нам новые вводные дали
по-вдоль терминала пройти космодром
а там телепорт и медали

топограф нетрезвый прокладывал путь
от трассеров небо пестрело
мы приняли все купороса на грудь
и кубарем в сектор обстрела

меня зацепило пониже плеча
раздвинуло бронепластины
а что там хорунжий бессвязно кричал
не слышали мы и прости нам

обидно что до телепорта рукой
до плазменной этой ватрушки
и снова напрасно старушка домой
и некому будет старушке

2015-2016

Total Recall

из тьмы из чрева метрополитена
ты выползал как червь
направо склад и радиоантенна
налево верфь
за ней громада домны и аорты
печных горнил
у блокпоста обрёл проклятье хорды
засеменил

когда-то здесь фламингия летала
цвели поля
а ныне груда чёрного металла
и бурого угля
суставы переломанных конструкций
слои культур
колосья трансурановых настурций
ребристых арматур

любил людей но знал что канут в лету
и милый образ и чумной погост
сейчас поймать фламингию бы эту
да заглянуть под хвост
зачем марфуша вы смешали жанры
функциональный ряд
теперь ночами коченеют жабры
и щупальца горят

мнемоник пой события и даты
и кесарей последних имена
чу слышен гром то рвётся терминатор
сквозь южный терминал
надежда есть что прошкворчит светило
до мартовских календ
фламингия какой здесь был тротила
эквивалент

2015-2016

Ante bellum

ты помнишь как пылал напалм
в обсидиане
когда мокрец на нас напал
и марсиане
что обнажила ты тогда
и что воспела
когда зернистая вода
в реке кипела

был нам надежды призрак дан
и символ веры
бежать за дон за иордан
за холм венеры
за поле ржи за гаражи
везде чужие
куда бежать 4-G
теперь скажи ей

я был червлёным казаком
а после падаль
а ты ласкала языком
хрусталь айпада
я помню как рубил с плеча
колено гада
гори гори моя свеча
моя лампада

когда потрескалась слюда
по-вдоль хайвея
никто из нас не наблюдал
благоговея
как сбросив чёрные лучи
в листвянник палый
треножник воспылал в ночи
и впрямь трёхпалый

2015-2016

height

раствори бирюзовые дали
в акварели окна
сколько всякой херни повидали
сколько съели говна

сколько соли насыпали в раны
наберется на пуд
где теперь эти дальние страны
да и гитлер капут

мы с тобою из мотопехоты
в полымя из огня
я не помню откуда и кто ты
ты не помнишь меня

вроде звать тебя кажется саша
вроде были друзья
ничего что сапог просит каши
нам без каши нельзя

нам с тобою все было едино
не в окошко так в дверь
а зовут тебя кажется дима
но теперь но теперь

мы лежим наискось от проселка
где кусты не густы
у не помню какого поселка
у какой высоты

2015-2016

introduction

что-то зиждется на чем-то
нить цепляется за нить
промежуток или щёлка
здесь имеет место быть

вот катушка вот бобина
вот небритая рука
и приклад от карабина
и пружинка ДНК

вот витийствует с экрана
бородатый травести
вышел месяц из тумана
в кулачке его блестит

что-то в мире происходит
мамин папа будет рад
старый друг ко мне не ходит
потому что колорад

пароход упёрся в берег
капитан кричит вперёд
я душой болел за терек
мой дружок наоборот

был приказ ему на запад
а хотелось на восток
ты лети на крови запах
семицветик-лепесток

если вдруг со службы срочной
друг мой не воротится
ты расшей ему сорочку
дева богородица

2015-2016

mусеlium

никто не заметил что дело табак
что лопнула где-то подпруга
всех кошек окрестных мышей и собак
мы съели а ныне друг друга

глодаем свои и чужие персты
толчёную девичью печень
от чувства свободны от мысли пусты
а впрочем помыслить и нечем

зажаты в тисках греко-римской борьбы
мы глас возглашаем в пустыне
пока за холмом расцветают грибы
простые простые простые

2015-2016

southeast

было весело как было весело
это был восхитительный бой
пузырится кровавое месиво
купол неба над ним голубой

помнит глаз перспективы отрадные
на броне командиры отцы
наше дело военное ратное
триколором обтягивать цинк

принимай под погрузку двухсотые
по мощам и елей и почет
вперемешку с донецкой босотою
здесь лежит орудийный расчет

благодати христовой взыскатели
ипотечники и алкаши
ты о них помолись богоматери
и отцу пару строк напиши

на торце обожженными пальцами
раскрошив антрацит уголёк
я в траншее погиб под дебальцево
я в котле иловайском прилёг

2015-2016

homo currit

Я бежал пять дней, продираясь сквозь Верхний Ларс,
начитавшись инструкций медузы и википедий.
К середине дороги всхуднул, стал поджар как барс,
от езды на велосипеде.

До Тбилиси добрался, у старых друзей завис.
Дезертирский рынок, чурчхелой богат Тбилиси.
Назывался раньше сей град (в интернете узнал) Тифлис.
Здесь у женщин большие сиси.

Сулугуни, чача, в харчевнях поют «Тбилисо».
Самобытных просодий вьются овечьи тропы.
Жизнь моя покрышка, дырявое колесо,
я хочу увидеть Монблан и закат Европы.

И пускай в сраной Рашке рвут довольных на лакомые куски.
С недовольных сдирают скальпы.
Я сбежал от праздника, что серебрит виски.
За окошком Альпы,

красота, водопады. Здесь тусили Савойский, Суворов и Ганнибал,
если верить подкасту.
А несчастную Родину я меж грудей ебал,
как Эдип Иокасту.

Разумеется умозрительно. Ибо с младых ногтей
не был склонен к инцесту, не обижал соседей,
хорошо учился, и среди дворовых детей
лучше всех катался на велосипеде.

2022

swamp

Отечеству воздав, лесам, полям и рекам,
и хлебу, и мясцу,
я не был сыт ея простым и честным млеком,
и вновь прильнул к сосцу.

Оно ведь не совсем, давайте прямо скажем,
обсохло на губах.
Так будет до поры, когда мы все возляжем
в отеческих гробах.

Увы, не одарил корицей и ванилью
Отчизны пышный бюст.
Синявинских высот коснулся трупной гнилью
моих сыновьих уст.

Я мог в Мясном бору, в обвалочно- колбасном,
там дивный аромат.
Я мог мотострелком. Внезапный приступ астмы.
Закрыт военкомат.

Брожу один как перст средь опустевших зданий,
с душою не в ладу.
Каких в конце концов проклятых оправданий,
теперь себе найду?

Я Родину люблю, и мне не надо рая
кисельных берегов.
Так расстреляй меня в бурьяне у сарая,
товарищ Байстрюков.

2022

Редакционные материалы

album-art

Стихи и музыка