350 Views

*

И вот у него отваливается рука.
Позвоночный столб неподвижен,
только СКРИПИТ.

Повар ищет рецепт
в инстаграме вчерашней
звезды войны.
И спортсменка застыла
в кружевную
фигуру льда.

Где твой алый донецк,
голубой петербург,
вертоградный крым-ш,
ПОДЗЕМНЫЙ эльбрус?

(И министр правды закрылся среди –
при желании ОПАСНЫХ – бритв).

Что услышит его
в шевеленьи лестниц дворца,
в онемении ног?

*

в них иногда стреляли
около церкви
с кривым зубцом,

у реки, похожей на дно,
придавленное стеклом,

архитекторов
пиздеца,
их иногда судили –

до невменяемых лип
и длиношерстных пихт,

мерчендайзеров нацидей
и манагеров
зондервойн –

в них иногда летели
осколки
битого
кирпича…

говорит народ,
нагорит горОд.
глазоемкий бункер Z,
ГОВОРИТ НАРОД…

*

те, кто уехал, welcome
в парковую зону
ПОРАЖЕНИЯ

те, кто остался, смотрите
через трубы градирен
под землю

в стране смерчей, градов
поет ветер ран:
с чего начинается
самоубежище?

*

все ли умрут,
особенно те, кто молчал?

есть ли стоп-лист автозаков,
у голода
голова?

черный нимб вертолета –
мариуполь
ШЕВЕЛИТ БЕТОН

не ту пыль несет нетопырь
православным роботам, и

каких еще
детских святых
ПЕРЕДАВЯТ
передовой?

*

Потому что, дети, вы неонацисты,
ваша мать распята бомбой в подвале,

ваш отец – Бандера, ваш дед – Бандера,
ваш кот – Бандера,

вот вам лечебник русского языка
и вообщебник русской литературы,

запоминайте РОС-СИ-Я –
вы долго жданов,

“точку поставит пуля” – ответ неверен,

нет, вы теперь заживете НОРМАЛЬНОЙ жизнью.

*

Империя изнасилованных, сломленных,
вырванных из контекста,
повторяющих zov и zΛo.
Как это видеть в танке поллюционные сны?
Как это жечь детей,
сверхзвуковой русский шепот?

Как это жить за скобками
в Грузии (слово “груз”),
Черногории
(будто бывает белое горе),
ну и т. д.

“Только моя ипотека, – молчать, –
работа,
подлодная водка,
МиГи над Камой”.

Твоя мама умрет,
моя навсегда ОТМОЛЧИТСЯ.

Сколько стоят ваши отбитые цепочки?

Зов: русский имперский солдат,
РОДИ СЕБЯ в смерть.
Зов: выйди из чата и скройся в нигде.
Зов полосатого воздуха
между сосен.

*

отхаркивающимся харьковым
передающим по цепочке огня

каменой пеной панелек
в тахикардии стиральных машин
и кровотоке смартфонов

каждый удар насквозь:
арьков
рьков
ьков

каждый ветер отсюда туда

в каждом живом светофоре
идет человек

ты – не тыл, говоришь, ты – л-

отвечает вчерашний мертвец:
ха-на

отвечает вчерашняя мать:
два притопа –
был прилет,
три прихлопа –
миномет

за каждым углом –
город, которого нет

навсегда, говоришь, пока это длится

*

Куда ж мы идем? –
в их лесах только ягода прокляника.
Куда наступаем? –
по мостам на самое дно,
под химарс ледяного баха.

Больше гераней на Киев, кричишь, –
мы РОДИНУ обретаем.
Бойся бандеры, сынок,
расти надполковником Больши.

Мы лежим у последней дамбы, зовешь, –
повсюду не то некрочайки,
не то некричайки.

Ты повис на арбузе земли,
и в ЛЕВОМ БОКУ –
Николаев.

*

диктатор НОВОСТЕЙ
сторож и дворник БРАТУ своему
смотритель страшной ПРАВДЕ в глаза
пророк сердца и мышцы лица

клоп и болт
вымогатель срока выгодности

тот, кто за войну,
как быква в мусорубке

*

Где эти люди, живущие вдоль войны?
Мирные МИННЫЕ поля,
горизонт ожиданий, туман.

На высокой ноте:
мы СОЛЬ потеряли,
останутся ДАТЫ.

Где их полные сердца глаза,
души навырост,
духовный ОСТ?..

Мы имеем право ‒
мы голос совали!

Триколором в лицо
жаворонь, Воронеж!

Повторяющие: преступление не преступишь,
наказание не накажешь.

Где найти их? В стране
никогданебудещего,
забытопрошлого,
где?

Редакционные материалы

album-art

Стихи и музыка