278 Views

1.

Когда все так хорошо
и дело идет к концу,
найдется же гражданин,
найдется военный вождь –
не пощадит добра,
не пощадит живота,
и восстановят страну
на горе потомкам своим!

2.

После царя-сыроядца,
после царя-дурачка,
после царя – большого плута,
после череды плутов поменьше, поплоше
можно бы и успокоиться.

3.

Тут можно и конец!
Тут нам поляк любой
поможет. Не жилец
здесь я и сам собой.

Тут глад, и трус, и мор –
все радости вполне,
на выбор приговор
народу и стране.

4.

Мы начинаем там, где всё –
конец и места нет маневру,
войны завязло колесо,
казна пуста, сплошная прорва,

и все пророки в хор один
стенанья слили, гибель славят:
мол, страшный день сороковин
Руси покойной скоро справят!

Народ затравленный встает
спокойный, мощный и суровый.
И враг бесчисленный падет,
и мы спешим для битвы новой.

И отступает от страны
бог, и назначенные казни
уже спасенной не нужны,
иные видятся соблазны.

5.

А что дальнейшая история,
какая только будет русским? –
Вся мука жуткая, апория,
где Ахиллес по горкам, спускам

за правдой, всей стремглавной скорости
за мертвой гнаться не хватает,
за небывалой. Главной кОрысти
нам нет. И малых не бывает.

6.

Будут новые заботы,
земли новые, на них
будет русская пехота
гибнуть в натисках лихих.

Будет невская водица
высока и холодна,
будет новая столица
смертным образом бледна.

Будут ближние народы
рабство вечное терпеть,
будет русская свобода
то же самое, что смерть!

Будут бунты, будут казни,
проигравший – проиграл,
победитель – без боязни
чтобы голову слагал.

Будут имена меняться,
а под ними всё одно:
наши муки повторятся,
время – как заведено…

Будут гарь и тьма отсюда,
сколько уж заволокли –
на полмира хватит блуда
русской матушки-земли.

7.

Как глина в тяжолых руках господина,
упругая, теплая, склизкая глина –
народ принимает послушные виды,
ни гордости в нем, ни старинной обиды –

нет прошлого, только внушают ему
подложную память в кромешную тьму,
нет будущего, кроме барских причуд,
нет правды, нет лжи, не о том Страшный суд.

8.

Был шанс небытия
глотнуть. Не в этот раз!
Не нам тепла кутья,
глядит с иконы Спас.

А мы – на новый круг
топтать кромешный ад.
Теперь нам Петербург,
потом нам Ленинград!

9.

ПрОклятая страна,
прОклятый мы народ –
и это так навсегда!

Сколько же еще зла
мы должны принести
себе и всем, кто вокруг!

+

Мы упустили возможность
исчезнуть из этой чертовой круговерти,
российской истории!
прекратить ее!
А счастье так было близко!

Мы не сделали то, что должно!
И снова Россия
будет уничтожать народы.
Все!
И нас прежде всего!

Пока есть русские,
пока есть, ей кого мучить, унижать, жрать,
жива Россия,
мы ее спасаем,
мы – волчья сыть!

И никакой такой Моисей
не может вывести народ
из собственного плена!
А мы бы жить могли,
когда бы нас победили…

+

Когда еще стезей живою
сойдутся звезды! Сколько ждем
полечь под самою Москвою,
когда ее дотла огнем!

10.

Пришельцев сколько было, кто с мечом,
кто с миром – те и эти ни о чем:
стоит Россия, горбится, стоит,
своих людей, мать, давит и гноит.

Но должен быть разрушен Карфаген,
но должен быть окончен русский плен,
мы выйдем на свободу в добрый час,
кого Бог не добил и враг не спас.

Мы сами свою снежную тюрьму
должны низвергнуть, больше никому
нельзя, удары будут изнутри.
Свою могилу рушат упыри!

Аникин Дмитрий Владимирович. Родился в 1972 году в Москве. Живёт в Москве. По образованию - математик. Предприниматель. Член Союза писателей XXI века. Публикации в печатных изданиях на настоящий момент времени: цикл стихотворений (написанный в соавторстве с В. Романовым) в журнале Magazine в 90-х годах, циклы стихов в журналах и альманахах «Нижний Новгород», «Современные записки», «Золотое Руно», «Новая Литература», «Зарубежные задворки», «Великороссъ», «Камертон», «Тропы», «Новый енисейский литератор», «Фантастическая среда», «Айсберги подсознания», «Русское вымя», «Фабрика Литературы», «Точка зрения», «9 муз», «Арина», «Littera-Online», «Поэтоград», «Вторник», PS. Автор книги «Разные сказки».

Редакционные материалы

album-art

Стихи и музыка
00:00