763 Views

* * *

Нет ,не Гагариным, не Бельмондо, не Берингом-
Хочу покинуть человечью стать .
Мне деревом охота стать,ой ,деревом.
Корою и листвою зарастать.

В лесу желанней. Нет, так можно в скверике,
Но только ,чтоб без статуи внутри.
Не думать о России и Америке,
Рассеянно смотреть на фонари.

К собакам относиться снисходительно,
Аллергиков чихающих жалеть,
Любить своих же собственных вредителей
Им тоже надо быть и уцелеть.

Когда- нибудь , когда в черту военную
Мой лес или мой город попадёт,
Отключат людям свет и отопление,
Ко мне с пилою кто-то подойдёт.

Распилит и потащит в помещение
С “буржуйкой» , с перекошенным столом.
Я всё пойму. Ему отмщение
И аз воздам ему теплом.

25 январь 23

* * *

Вспомнишь несгораемое имя,
Смех, глаза, посадку головы.
Вспомнишь.А они непоправимо
Непередаваемо мертвы.

Но от них ни страха,ни морозца,
Никакой могильной ерунды,
Будто позови — и отзовётся
Свой до самой маленькой черты.

А другие живы- переживы
Варят суп, ложатся спать в постель,
Веселы, открыты,говорливы.
И в глазах недвижная метель.
26 января 23

,

* * *

Я о Родине, представьте, об Отчизне,
О кровавой, о прОклятой, о проклЯтой.
Но я проживу четыре жизни,
Чтоб сказать ей в начале пятой :

Я все повидал иные края,
И океан и небесный Тибет,
Вся ты прекрасна, возлюбленная моя,
И пятна нет на тебе.
26 января 23
.

* * *

БАЛТИЙЦЫ

У позиций враждующих ,все на виду,
Меж орудий и танков бокастых
Среди минных полей офицеры идут —
Сеня Жук, Томощук, Барбакадзе.

При параде, при кортиках,при орденах,
Несгибаемы, неуязвимы.
Сжались мины-гадюки в подземных песках
И снаряды проносятся мимо.

Об колено ракеты ломают они,
Самолёты сшибают щелчками
Разбивают руками скорлупки брони
Гасят чёрный огонь каблуками.

Так ходили они в правом гневе своём
И на Гитлера, и на Батыя.
И сверкает на них золотоё шитьё,
И погоны горят золотые.

Ради правого дела собрались друзья
И покинули звёздные выси.
По-советски сказать — боевая семья —
Полтавчанин, еврей, кутаисец.

28 1 23

* * *

Словно пруд по дороге к платформе
Голова обмельчала.
Отыграла иглой патефонной,
Отцвела, замолчала.

Не заходит сквозь ухо придуманный Пушкин
Для любви и загула.
Только бьются со смертью две смелых лягушки
И одна уже утонула.

29 января 23

* * *

,
Над ним неумехой смеялись в цеху,
Гоняли за пивом его , как блоху.
Всему косолапого надо учить,
Резец даже толком не мог заточить.
И то же в казарме — ни в карты сыграть,
Ни то, чего надо собрать-разобрать.
Тупой, если честно, Ну очень простой.
О заповеди и не слышал шестой.
О том, что коль хочешь жевать и дышать,
Придётся её каждый день нарушать.
И вдруг — вы представьте — да мать же твою,
Как он нарушать её взялся в бою!

И вот он в Москве, на проспекте большом
На яркой картинке стоит с «калашом”!
Ведь кто-то велел его нарисовать,
Для тех, кому, в общем, на это плевать.
И кто-то из цеха увидел его,
Но всем остальным не сказал ничего.
В земле он сырой или прахом взлетел
Никто это дело узнать не хотел.
А может на этой картинке не он.
У нас их , небось , не один миллион.
И заповедь эта. Кто тут разберёт?
Мы что их учили? И братский народ.
И НАТО. Да хер бы с ним ,с тем пареньком.
Другого найдём, чтоб сгонять за пивком.
Брать больше не будут. Спокойно, Москва.
А тут и победа. Ну месяц, ну два…

31 января 23

* * *

Уберите ваш малохудожественный цинк,
Что вы затеяли, честное слово.
Покажите мне классический «Цирк»
Где Вера, Надежда,Любовь — Орлова!

Позовите меня в мир красивых движений,
Под грохот бетховенской канонады,
Где на белых и снежных полях сражений
Куются кадры Паралимпиады.

1 февраля 23

* * *

Жил я как-то в РСФСР.
Ольга Саваренская — красотка,
Не спеша лежала на софе
В синих и заштопанных колготках.

На тарелке с синею каймой
Золотая ленится горбуша,
Красная салфетка, хлеб ржаной,
Дыроватый сыр дорогобужский.

Тусклый отблеск крымского вина,
Лампа с разговором вполнакала.
Русско- украинская война
В самом страшном сне не возникала.

1 февраля 23

* * *

В земляных окопах-щелях,
В подвалах, на рваных этажах,
Смерть протаптывает свой шлях:
Жах! Хрясть! Бабах!

На экране огонь и огонь.
Мы огня нe видали, что ли?
Скачет, скачет красногривый конь,
А ни крови за ним, ни боли.

Жизнь чужая хрустит, как соломка.
Навсегда. Без надежд. Без гудбая.
Проснись ! На айвазовских обломках —
Люди не позируют, они погибают.

2 февраля 23

* * *

А нам-то что! С рычаньем и огнём
Пускай скрежещут “Пумы» и « Пантеры»!
Мы всей страною за Урал рванём
По всем просторищам эсэсэсэра.

Поди сыщи! По дебрям и лесам,
Замается гонять десанты НАТО.
А мы привольно расположим там
И банкоматы и военкоматы.

Под каждою сосною барбершоп,
“Поел и точка!” на болотных кочках,
Гвардейцы вдоль таёжных велотроп,
И брюквенный латте в цветных горшочках.

Да подавитесь вы своей Москвой,
У нас есть печь , а на печи Емеля,
Он нам маршрут проложит целевой
К роскошествам и тайнам подземелий.

Вам хтонь и чудь в завалах миловАть,
А нам , то в куще ,то в кедровой чаще,
Нагой Безруков будет танцевать
C Захаровой влекущей и манящей.

3 февраля 23

* * *

Покрывалась земля снегом липким
Листом прелым.
Выполняли, земляк, без ошибки
План по расстрелам.

План. По беззащитным затылкам,
Черепам беззубым
Пролог к бухенвальдским обмылкам,
Дымящим трубам.

План. Ты запомни, потомок,
Не отписывайся.
Перелистай многотомник
Генералиссимуса.

Ты всё не веришь, не веришь,
Считаешь помаркой.
А уже подошли к твоей двери
С хищной “болгаркой».

Уже идёт понятой/понятая
Из соседней квартиры.
Я тебя не предупреждаю,
Я констатирую.

5 февраля 23

* * *

КРАСНАЯ ГОРКА

Там грузовик с зелёным капотом и тесной кабиною.
Желтый на клумбе опрятной цветок ноготок.
Там безымянная девочка в бусах рябиновых,
Мягкая пыль ,говорок -ветерок-шепоток.

Нынче картошка варёная, вчера была жареная,
Синее с трещиной блюдце солёных горькух.
Папины брюки на спинке кровати ,отпаренные,
Видящий всё одноглазый и пёстрый петух.

В кружке белеет кружком молоко нелюбимое.
В тусклой маслёнке застыл навсегда маргарин.
Девочка в чёрных ботинках и бусах рябиновых,
Вроде у нас возле дома не сыщешь рябин.

В баню матросы идут с чемоданчиками,
Ё -твою мать, говорят они, ё — твою мать.
Вот наш приёмник «Рекорд”. Правда, нет передатчика.
Некому, нечего сёстрам и мне передать.

Тюбик. А в нём кругляши кислоты аскорбиновой.
Тётя Раиса несёт за окошком бельё.
Как же зовут эту девочку в бусах рябиновых?
И неужели я больше не встречу её?

6 февраля 23

* * *

Не шерочка кружила вальс с машерочкой,
Но от угла до нового угла
За бритвами стояли сумасшедшие
И очередь росла.

Всё шли живые, мёртвые и раненые,
Тянулась и закручивалась нить.
Пришедшие запоминали крайнего
И отходили покурить.

Нешумные, на удивленье трезвые,
За человеком человек.
На пальце пробовали лезвие
И кровь окрашивала снег.

Во тьме виднелись только силуэты.
И шли они и шли со всех сторон.
И я всё спрашивал : Не сон ли это?
Но это был не сон.

9 февраля 23

* * *

Нет, мы вина не пьём с тобой, жена
Пустыми мёрзнут чешские бокалы.
Как будто бы холодная волна
По разным островам нас раскидалa.

Мы на бортах бумажных кораблей
Не пишем имена тех, кто нам милы,
Как будто бы Офелия ручей
Девичьим телом перегородила.

Я незаметно покидаю дом,
В котором так жилось, но так немного.
Как будто бы родился по УДО
С билетом на обратную дорогу.

9 февраля 23

* * *

ЧИСТО РУСОФОПСКОЕ

Почти, как люди были. Космос, Брумель,
Хоккей, Stolichnaya,Толстой.
Ходил с нахальным видом рубль,
Вертел кошачьей головой.

Теперь гунявые ,помоечные,
Стоим , cморкаясь в рукава,
Как выгнанный из класса двоечник.
И пишем на стене слова.

10 февраля 23

* * *

Не быть мне тихим созерцателем,
Водящим на прогулку ямбы,
В окне полуночном мерцателем,
Кормильцем «якобы” и «как бы».

Прилежным налогоплательщиком,
По исчезающему плакальщиком,
В котельных питерских котельщиком,
Невыспавшейся музы факальщиком.

Не звать мне к ужину Рылеева,
Не рыть мне Беломорканала,
Кресты на стёкла не наклеивать,
Не петь «Интернационала».

А ждать мне матча высшей лиги
Между Спасителем и Каином,
Когда умолкнут псы и книги,
Когда разговорятся камни.

11 февраля 23

* * *

Он по ветру держит нос и ухо,
Ему спроектировали. Он готов
Производить обстановку советских кухонь
Шестидесятых -восьмидесятых годов.

Магнитофоны системы «Яуза”,
Предупреждающие лифтЫ.
Вслушивающуюся паузу.
Дистанционное включение “громкой» воды.

Для маскировки собрание сочинений Прилепина,
Записи чемпионатов на льду,
Сухое.Водка. Селёдка с хлебом.
Во дворе “Запорожец» почти на ходу.

Можно заказать актёра в гриме Галича.
Чай со слоником. Анекдот с бородой.
Володя.Витя. Беллочка. Аллочка.
И тоска. И отбой.Отбой.

12 февраля 23

* * *

Ходил с пращой в вишнёвых деревах
Нарциссом, пастушком, мальчишкой;
Умел в немногих и своих словах
И ягоду пропеть и муравьишку.

Теперь плащом на вешалке повис,
С подкладкой выцветшей харизмы.
И всё томлюсь, как предпоследний Фирс,
В гвоздями заколоченной отчизне.

12 2 23

* * *

Володе Гандельсману

Володя, ты живёшь в своей Америке,
Она вокруг тебя кругом видна.
А лучше было б нам в пушкарском скверике
Сесть за бутылкой красного вина.

Как быстро она кончилась, прекрасная,
Под сизо -бело -синий беломор
Но деньги у нас есть разнообразные
И желтый рубль и мелочи набор.

Ещё мы не такие староватые,
Чтобы вторая не вместилась в нас,
И наши папиросы сыроватые,
И будний день пустился в буйный пляс.

Она и вправду, не спеша вмещается,
Располагаясь в юных потрохах.
И жизни ток отнюдь не прекращается,
Преображаясь в будущих стихах.

Как тяжелеет наша кровь бунтарская!
Какой весенний и тлетворный дух.
Как бесконечна улица Пушкарская,
Как бел и лёгок тополиный пух.

13 февраля 23

* * *

Что уж, скажу я вам, свойственно мне —
Так это уверенность в завтрашнем дне.
Пока с нами Вова
Завтра будет херово.

Сегодня 15 февраля 23

Редакционные материалы

album-art

Стихи и музыка