279 Views
Ноты
В кованые ворота
ломится ветер пьяненький.
Холодно в модных ботах,
мне бы тёплые валенки!
Кутаясь в полушубок,
выхожу за ворота я.
Город встречает шумом.
В папке – тетрадка нотная.
В нотах – цветущий донник,
деревенские домики,
пульс, неровный, как дольник,
вечный плюс на термометре!
Как баба снежная
Снега, снега тяжёлые!
Густеет кровь под кожею.
Под ожеледью жёлуди,
на леденцы похожие.
И я, как баба снежная,
в шубейке горностаевой.
Люби меня, нездешнюю,
покуда не растаю я!
Свадьба
От жары ли, от тесноты ли
увядали лилии в церкви.
Взгляды были липки и цепки.
А колоколам было больно,
да качал колоколов дольник
стебли умирающих лилий.
Я наполнила тобой вечность,
да осталась я ни с чем – нищей,
ровно чёрное пепелище.
Я просила подарить имя,
дабы стать единым могли мы,
а нарёк меня своей вещью.
Взлетаю
В парке после снегопада
клёны опустили ветви.
Я качаюсь, точно в детстве,
на стальной цепи ограды.
Я – не человек! Я – птица!
Яркий снег – и птичьи тени!
…И взлетаю на мгновенье,
чтоб в сугробе очутиться.
Ветка форзиции
Я – ветка форзиции.
Могу надломиться я,
теплом истекая.
Под крышею низкою
последние дни свои
цежу из стакана.
В окошко чердачное
видны очертания
знакомых деревьев.
Как тесно, невесело
в пылище да плесени,
да чайкиных перьях!
Воды
Я играл на ксилофоне первой мартовской капели.
Льдины уходили в море, и прозрачны и легки.
Натыкались друг на друга. Тонко, жалобно звенели.
Поднялась вода в каналах. Залила вода мостки.
Я играл на флейте ветра, и проснулся день весенний,
прорастая первоцветом, возрождаясь из зимы.
Голоса не помнят грусти, а крыла не знают лени.
В парке – запах мокрой туи да оттаявшей земли.
Я играл на арфе ливня, и весна насквозь промокла,
появясь на месте встречи дождевых и талых вод.
А беззвучный самолётик – серебристая иголка –
белой нитью аккуратно зашивает небосвод.