282 Views
Наш район в народе называют Шариком. Но это не потому, что он круглый, или что в нём одни круглые дураки живут, а потому что рядом есть завод, на котором издавна изготовляют шарикоподшипники — круглые такие фигни, хрен знает, для чего. Знаю только, что кидаться ими опасно, потому что когда мы учились в первом классе, Лёшка Ефимов таким вот взял и высадил глаз Андрюхе Егорову из параллельного класса. Правда, тому это только на пользу пошло потому что от удара у него открылся третий глаз, попёрли офонаренные сверхспособности, в результате чего Андрюха закончил школу за три года с золотой медалью, потом ещё за три года Бауманский институт с красным дипломом, а в седьмом классе уехал в США, где по слухам разработал броузер Google Chrome, новый фирменный стиль Mazda, пару плагинов к Adobe Photoshop и, чтоб не терять сноровки, десяток-другой «троянов». Правда лично я этого ботана терпеть ненавидела и в то время не могла отвезти глаз от Дениски Липатова, но это, конечно, только пока в нашу школу не перешёл Лёшка Евстратов, баскетболист…
Что-то я всё о мальчишках и о мальчишках. Конечно, о них можно говорить долго, но проку в этом нет никакого. Вот тот же Лёшка Евстратов играл себе в баскетбол до девятого класса, я ему нафиг не сдалась. Всё хожу рядом и думаю: я такая красивая, накрашенная, у мамы духи спёрла, а он даже не притронется. Если бы он мне сказал тогда: Анечка, ты такое солнышко, пошли ко мне в гости, я бы точно с ума сошла и попёрлась бы в гости, нет — побежала бы! А там… Уж мы бы нашли, что делать в гостях! Но нет, он, гад, со мной всё о баскетболе. О том, что «Лос-Анжелез Лэйкерс» вышел в плэй-офф НБА, или что «Урал-грейт» выиграл какой-то там Челенж-кап или, как это у них модно говорить, Кубок по вызову. А я сижу такая и сгораю на медленном огне, хоть меня в жизни не возбуждала ни Западная конференция ни, тем более, Восточная. Так ему по морде хотелось дать! Так что когда он всё-таки сказал: «Аня, а у тебя был уже первый секс?», я ему злобно ответила, что да, спасибо, уже был, предлагать не надо, развернулась на каблуках и пошла вращая бёдрами. Лёшка наверно чуть не кончил, так ему и надо!!!
В нашем районе кроме мальчиков есть ещё и девочки, некоторые из которых мои подружки. Это выражается в том, что когда они курят в детском садике, я обычно стою на стрёме, так как некурящая. А ещё мы любим купить бутылку и пойти на территорию 15-го роддома, вспоминать своё младенчество. Если берём вино, то сидим там до вечера, а если водки, то неважно сколько сидеть, потому что потом всё равно никто не вспомнит, сколько дней пили. Зато мы прекрасно помним наши разговоры о том, кто из мальчиков кому нравится и о том, что, несмотря ни на что, мы всегда будем вместе, и никто никого никогда не предаст! А то что Танька однажды загуляла с баскетболистом Лёшей, я нисколько не обиделась, потому что мне такой подарок не нужен, пускай сама мучается и говорит с ним о баскетболе.
В общем я как-то сижу у нас во дворе на скамейке и лопаю ириски — сейчас не скажу уже какие, я всегда забываю название сразу, как съем. В тот день у меня была какая-то нежность не то к Сашеньке Гаврилову, не то к Андрюшеньке Родионову, уже не помню. Главное у меня было невыносимо трагичное настроение, сочетающее в себе страстный упадок любви и фееричные страдания на фоне космической безразличности Вселенной к судьбе меня, маленькой девочки, у которой за всю жизнь был то всего один парень, да и то только один раз (для первого достаточно!). В тот момент моя душа, как никогда, ждала таинственных знаков, предзнаменований и метафорических намёков от неизбывного Логоса, мучающего нас, девочек, со страшной силой, это просто вы не знаете.
Знамением послужила задрипаная шаха цвета коровьей какашки, которая стоит на вечном припое около нашего подъезда чуть ли не с моего рождения. Смотрю, а из-под шахи выползает маленький, недели две назад родившейся котёнок, милый такой, на тонких ножках ковыляет. И вот я смотрю на него и думаю о том, что это сама Судьба мне говорит о том, что я вся не умру прямо сейчас, и скоро у меня появляется вторая более мощная любовь, которая разрубит эти невыразимые Оковы Бытия, прикалывающие нас наотмашь ко взбудораженной страданиями Земле. И этот котёнок такая лапочка, он же явно хочет со мной поиграть! Конечно, он символизирует собой мою хрупкую, нежную и ранимую душу, невыносимую к ужасным переживаниям, которые то и дело, как фильмы ужасов, истязают нашу и без того грустную и переполненную кошмарами жизнь.
Тут сзади послышался металлический лязг и скрежет, прямо словно Сатана захохотал своим страшным, уничтожающим навзничь голосом. Оглянувшись, я увидела огромную мусоровозку, летящую прямо навстречу моему котёнку, символу моей новой всепобеждающей любви и нежности! Зажмурив глаза, я уже представляла, как на огромные страшные колёса наматываются источающие красную жидкость кошачьи кишки, лопающиеся на полном ходу глазки, треснувший череп, увидела, как мне в лицо летят сплющенные и раздавленные косточки, а на асфальте безнадёжным обрубком убитой мечты валяется перебитый в тридцати шести местах серый хвостик!!! Как только эта чудовищная картина запала мне в глаза, не выдержав, я открыла рот и завизжала так, что было слышно, наверное, даже в Капотне!
Внезапно раздался невыносимо жуткий грохот, перекрывший мой отчаянный визг — такой, словно друг с другом столкнулись две Хиросимы и пять Нагасак. Открыв глаза, я увидела, что котёнок стоит на дороге цел и невредим. Оказывается, испугавшись моего крика, водитель этой дьявольской мусоровозки неправильно выкрутил руль и впечатался полностью в фонарный столб, расколов кабину вместе со своей дурацкой головой на несколько частей, как кокосовый орех. Было видно, как из-за двери кабины на засранный асфальт стекает струйка крови, символизирующая неизбежную победу добра над злобными дьявольскими силами, депрессией и хроническими жизненными катастрофами. Нагнувшись, я аккуратно взяла на руки котёнка, и он тут же стал щекотно лизать мою ладонь. “Так вот какое ты, счастье!” — подумала я. Резко развернувшись на каблуках, я пошла вперёд по весеннему асфальту, чтобы с новыми силами жить дальше. Демонические силы были повержены прямо перед моими глазами самым убедительным образом! Идя на руках с котёнком, по дворам и переулкам моего любимого сердцу Шарика, я знала, что теперь любовь не покинет меня никогда!!!
На следующий день неожиданно вышло солнце и высушило все дурацкие лужи, так что можно было бы съездить искупаться в Серебряный бор или просто побухать во дворе. Позвонившая мне с утра Светка выбрала второе, поэтому к полудню мы уже лежали на крыше гаража и пили пиво. Вскоре подгребла ещё и Танька.
Похмельная Светка была какой-то особо неприветливой и раздражительной.
— Что у тебя там? Туборг? Давай сюда… Задолбали звонить колоколами в этом сраном монастыре. У меня на мобильнике рингтон и то лучше. Что они сегодня всё звонят и звонят? У меня голова от них раскалывается.
— Так воскресенье же, — ответила Таня.
— Суки, не дают рабочему человеку отдохнуть в выходной!.. Слушайте, а почему пишется «моностырь»?
Это была уже моя любимая тема.
— Потому что раньше были «моностыри» и «стереостыри», но в конкуренции, как всегда, победило всё самое простое и примитивное.
— Вот ты врубаешься, Анька! А я вот ни хрена не поняла, что нам там историк втирал про каких-то старообрядцев.
Тут Таня тоже решила блеснуть интеллектом, и как всегда облажалась.
— А я знаю, что в Москве есть Старообрядческая улица! Вот наверное всех старообрядцев собрали со всей Москвы и выселили туда, словно как в Южное Бутово!
Мы заржали.
— Танька, ну ты и дура! Ты вообще хоть одного старообрядца в жизни видела? Они ж все передохли давно как мамонты, это ж в истории всё было, а не в натуре!
Танька загрустила и хлебнула пива так резко, что из бутылки попёрла пена и облила её футболку. Мы заржали ещё больше.
— Блин, у меня теперь вся футболка как прозрачная! Как я по улице пойду?
— Зато выглядишь сексуально, — поддела её Светка, — вдруг хоть теперь кому-то приглянешься, а то вся ходишь ни разу нетраханная, только нам завидуешь.
— Ах ты, сука! — закричала хохочущая Танька и стала обливать нас пивом, а мы её.
Набесившись, мы снова легли на крышу гаража и открыли ещё по бутылке.
— Светка, а ты классно выглядишь в мокрой футболке. Это потому что у тебя сиськи здоровые, — примирительно сказала Таня.
— Тебе тоже идёт. У тебя хоть сиськи маленькие, зато соски тёмные, острые, хорошо через мокрое видно.
Я почувствовала себя чужой на этом празднике жизни и хотела уже обидеться, но вдруг вспомнила о самом важном.
— Девчонки, я ж котёнка позавчера спасла!
— Да ну! И чё? Куда дела?
— Да вот, всё с собой таскаю. Родоки ещё не в курсе. Даже и не знаю, позволят они мне его оставить или турнут вместе с ним, как дядю Фёдора в Простоквашино.
— Да не парься, не турнут! Давай, показывай нам своего котёнка!
Я достала спасенного позавчера котёнка из моей сумочки. Сделав несколько шажков по крыше гаража, он остановился и стал смешно чесать за ухом. Девки, забыв о пиве, склонились над ним. Поглаживаемый в три руки котёнок заурчал как маленький вертолёт.
— Какой лапусик!!! А как ты его назвала?
— Пока никак. Вдруг я его назову, а родители возьмут и выкинут его? Обидно станет.
Светка наморщила лоб, ища в своей дурацкой голове хотя бы намёк на какие-то умные мысли.
— А ты сделай наоборот. Назови котёнка, а если родоки начнут возникать, скажи: выкинуть котёнка нельзя, я его уже назвала.
Тут я подумала, что Светка хоть и дура, а умная.
— Реальная тема. Только я не знаю, какое имя выбрать, так что было и складно и не как у всех.
— Назови Димой, как Диму Билана! — предложила Танька.
— Нет! Лучше Димой, как Диму Маликова! — предложила Светка.
— Вы обе дуры, на хрена котёнку давать человеческое имя?
— А может откроем словарь и выпишем оттуда все имена похожие на кошачьи? — осторожно предложила Танька.
— Где ты видела такие словари? — возмутилась Светка.
Я тоже была против этой идеи.
— Нафига словари. Придумать имя котёнку, это как стихотворение написать, тут вдохновение нужно. А у меня как назло экзистенциальный и творческий кризис. Пробовала почитать Геродота, даже он не идёт, прикиньте, девки!
Светка сочувственно покачала головой.
— Ну если даже Геродот не идёт, то тут уже даже скорая не поможет… Давайте тогда попробуем как-нибудь искусственно вызвать коллективное вдохновение. Вдруг получится?
— Точно, — согласилась я, — возьмёмся за руки, закроем глаза и на счёт три каждая скажет то слово, которое в тот момент пришло на ум.
Взявшись за руки и закрыв глаза мы дружно выпалили одновременно три стрёмных матерных ругательства, причём три разных. Светка грустно вздохнула.
— Ну если даже в таких простых вещах мы не можем совпасть, то я просто не знаю, что делать. Если только это слово само нас найдёт, когда мы пойдём по улице.
— Кстати, пиво уже заканчивается, — сказала Таня, — пойдём ещё возьмём.
Мы слезли с гаража и пошли по Симоновскому валу, внимательно слушая, о чём говорят люди, но так как футболки у нас были всё ещё мокрые, то мужчины говорили совсем не то, а женщины просто отворачивались и шли мимо.
— А может, ну его? — предложила Светка, и вдруг мы все втроём услышали какое-то слово, причём никто не понял, кем именно оно было произнесено.
— Девки, вы слышали? Нет, вы слышали? — приставала к нам радостная Светка.
— Ну, слышали, и что? Я вот ни фига не разобрала. Кажется, «на фиг».
— Или «фантик».
— Или «бантик».
Тут уже возмутилась я.
— Нет-нет, только не «бантик»! «Бантик» у нас уже есть!
— Точно, не «бантик». Это кто-то шепелявый сказал, у него получилось что-то типа «фанфик», словно он говна в рот набрал, — сказала Светка.
— Ага, — согласилась Танька, — И я то же что-то типа этого услышала. Дурацкое слово, хрен знает, что означает, как раз годиться в имена для котёнков.
Мне как раз объяснили в Интернете что значит слово «фанфик» и чем он отличается от «бантика», так что я против не была. Слово, в общем, безвредное, с бантиком рифмуется, почему бы и нет.
— Ладно, замётано! Фанфик так фанфик!
Светка радостно подпрыгнула, как коза.
— Ура! Назвали! Ну всё, идём отмечать?
Мы развернулись на 180 градусов и дружно пошли по залитому солнцем Симоновскому валу к пивной палатке. И хотя в понедельник должны были вернуться мои неврубастые предки, это было уже не страшно: ведь выгнать на улицу котёнка, у которого уже есть имя, нельзя!