68 Views
Из людей, проживающих в спальных районах,
Но не спящих ночами, отчасти
Сделан месяц февраль. До весны
Чуть поближе, чем, скажем, до счастья,
Но надежда уже угасает,
Засыпается каждым сугробом,
Каждым лучиком солнца, упавшим
На карнизы соседнего дома…
* * *
Ты и я, мой друг, дошли до точки,
Только говорю тебе: – Постой!
Точки – это глупые кружочки,
Семечки, зародыш запятой.
Запятая – просто знак вопроса,
Что пришёл босым не ко двору.
Все вопросы наши – только просо,
Что склевали куры поутру.
Куры – дуры. Курам мало горя.
Топчет петушок их на лужку,
А потом, усевшись на заборе,
Говорит: “Ну что ж, ку-ка-ре-ку…”
* * *
До крови кусаешь губы:
Ты – падчерица декаданса,
А я всё прошу: “Останься!”.
Тебе это вроде танца,
Тебе это вроде фарса,
Но мы – лишь нитки для кукол,
Лишь лица без пантомимы.
Лишиться и этого страшно,
Лечиться от этого поздно.
Но куклы висят под нами,
И мы – в постоянном напряге
От прихотей публики шумной,
Движений тряпичных уродцев.
И с этим нельзя смириться,
Но с этим нельзя бороться.
Наверное, это кара.
Ты не уходи, послушай!
Там холод и нет самовара!
Но ты исчезаешь тихо,
Уходишь без паспорта в темень,
И я молюсь, что не встретишь
Ночных парней из промзоны,
Которые спросят время,
Которые ходят по трое…
* * *
Безделушка во всеми забытом Сезаме…
Стрелки ветром от полночи клонятся…
Позабыты пароли. Круги под глазами –
Обручальные кольца бессонницы.
Фонари-скупердяи по капельке свет
Цедят в окна домов бесноватых.
Были случаи “да”, означающих “нет”.
Были целые фразы без мата!
Все высокие чувства подстрелены влёт –
Ничего, что немного досадно?
Я забыл, для кого неустанно плетёт
Паутину паук Ариадна.
* * *
Зима! Крестьянин, торжествуя,
Сосульку отбивает с крыши.
Корова не даёт удой,
Зерно давно погрызли мыши…
Всё накрывается снежком,
В лазурном небе Солнце блещет,
Манит рыбалка окушком –
Простые, радостные вещи!