791 Views
* * *
Товарняк. Барак. Овраг.
Спусковой крючок.
Пуля дура. Штык дурак.
Ваня дурачок,
ты куда? Пугать ворон,
вставлять на бегу
гинекологический тампон
в дырочку в боку.
* * *
дóма хорохорились
на вокзале плакали
неумело строились
пофамильно якали
присягали мерзости
погрязали в низости
пропадали без вести
в негашёной извести
* * *
оккупирована спальня
аннексирована ванна
сожжена изба-читальня
спета дьяволу осанна
не укрыться за горами
не уйти от наказанья
сыплет родина горстями
соль земли на хлеб изгнанья
* * *
На горку тащат санки
Алиса и Тарас.
— Тарас, ты видел танки?
— Конечно, тыщу раз.
Облизывает губы –
спросить или нельзя?
— Тарас, ты видел трупы?
— Нет. Мама надвинула мне шапку на глаза.
* * *
Не в архив, не в копилку,
но — смиренно? со спесью? —
прячу вирши в бутылку
с зажигательной смесью:
объясниться с потомком,
расплатиться по искам,
попрощаться на ломком
языке материнском.
* * *
Стала душа могилой,
кровавым кошмаром явь.
Молю тебя, шестикрылый, —
двуглавого обезглавь.
На волоске над бездной
всё, что люблю, чем живу.
Архистратиг небесный,
помоги ВСУ.
* * *
Старческим семенем ржавым
эякулируют пушки.
Дом пожираем пожаром.
Книжки, рубашки, игрушки
лижет огонь похотливо,
жаден, всеяден, распутен.
Муза истории Клио,
забудь фамилию
* * *
пылай душа и холодей
остались в прошлом шалости
разжалованы из людей
не знающие жалости
полощущие ложью рот
палящие по Киеву
да будут пущены в расход
и он и мудаки его
* * *
собран экипирован
соски пелёнки
взрыв
откормленный ворон
возле воронки
ветераны салаги
у оборонки
не хватает бумаги
на похоронки
* * *
Родные, мы не одиноки — с нами
поэзия. Какая благодать
всё называть своими именами,
а собственное имя забывать,
какое счастье — петь на пепелище
и видеть, как из пепла восстаёт
дом лучше прежнего — светлей, уютней, чище,
родней — по чертежам из букв и нот.
* * *
Ядерный электорат.
Ядерный шантаж.
Я ни в чём не виноват —
правда, отче наш?
Самопальная война.
Райвоенкомат.
Коммунальная вина.
Персональный ад.
* * *
Траурный платок надень —
угольно-черна,
двести тридцать третий день
губит мир война,
вьётся ворон, льётся кровь,
рушатся мосты,
Богородицын покров
рвётся на бинты.
* * *
Щиплет корпию зима:
снегопад.
Не отоплены дома.
Не горят
в окнах огоньки гирлянд.
Дед Мороз,
саночки твои летят
под откос.
* * *
обугленные углы
выколотое окно
на кресле плесень золы
на шторе крови пятно
обрушивается кров
горит во дворе трава
когда всё ясно без слов
нужнее всего слова
* * *
Порванной страницы
неровные края,
движутся границы.
Заочные друзья,
не дразните славой,
не угрожайте мне.
Истина — в кровавой
пожизненной вине.
* * *
Знай, сверчок, свой шесток,
душу зря не мути:
ты не можешь, стишок,
сбить ракету с пути,
обезвредить снаряд,
спрятать малых детей.
Не разжалобишь ад.
Да? А как же Орфей?
* * *
оловянные солдатики
пригодятся на припой
деревянные солдатики
топи замостят собой
а бумажные солдатики
для растопки хороши
математики астматики
информатики лунатики
автоматики фанатики
огневые рубежи
* * *
— Нетвойнетвойнетвойне!
Не твой, не твой, не твой
дом в огне, старик в окне,
муж на передовой. —
И обходят стороной,
и отводят взгляд,
и даже бедами со мной
делиться не хотят.
* * *
Спать в окопах — примерять
могильную сырость
собирает сына мать,
саван шьёт на вырост,
про запас, на завтра, впрок —
мишкам, гошкам, сашкам
полиэтиленовый мешок
на молнии, с кармашком
для документов.
* * *
автомат на взводе
палец на курке
слёзы на исходе
жизнь на волоске
униженье мука
разорванный рот
застрели из лука
насильника Эрот