63 Views
Значит, такая история. Жили в одной деревне мужики, бабы и детишки. Жили обыкновенно, без хитростей. То ругались, то мирились – всё как у всех. Жить можно. Вот только… да чё там – то черт проказничает, то царь шалит, то Бог воспитывает. Совсем невмоготу стало людишкам. Пришли они тогда к Максимилиану и говорят.
– Максимилиан, сходил бы ты к Богу. Мы тут тебе собрали, чтоб не с пустыми руками.
– Опять пьяный придешь, лучше домой не приходи, – сказала Марфа, жена Максимилиана.
– Да ладно тебе, Марфушка. Я свою норму знаю.
– Знаю я твою норму.
Максимилиан поцеловал жену.
– Папа, гостинчик от Бога принесешь? – спросил младшенький.
– Понятное дело.
– Иди уже, – сказала Марфа, вручая Максимилиану корзинку.
Поклонился Максимилиан жене, деревенским, перекрестился и пошел.
Долго ли коротко ли шел Максимилиан, но вот и деревня, где жил Бог. Подошел к его дому и отворил дверь. Бог стоял у верстака и мастерил табуретку.
– Бог в помощь, – сказал Максимилиан.
– Казалы богы, шоб и вы помоглы, – ответил Бог.
– Эт можно. Чё делать?
– Садись. Я щас.
Бог сделал еще пару движений рубанком, взял веник и подмел стружку.
– Ладно, завтра доделаю. Че сидишь? Закуривай. Рассказывай.
Максимилиан закурил и стал выкладывать из корзинки.
– Это что: еда или закуска? – спросил Бог.
– Тебе видней.
– Ладно, нарекаю ее закуской, сказал Бог и достал из кармана запотевшую бутылочку самогона. Разлил, сел напротив Максимилиана.
– За что выпьем?
– За тебя, – сказал Максимилиан.
– Я тебя умоляю…
– За Святого Петра.
– За Петю? Согласен. Нормальный мужик.
Максимилиан и Бог выпили.
– Волынку-то не тяни. Сказывай, чего пришел.
– Тут дело такое, – начал Максимилиан. – Ты мужик справедливый – это факт. И суровый – и с этим не поспоришь. Я тоже не сахар. Вон, когда у нас с Марфой детишки пошли… Иной малец нашкодит, так я сразу за ремень. А Марфа мою руку, глядишь и придержит.
– Ты к чему клонишь?
– Давай еще по полтинничку.
– Давай. За что выпьем?
– За мужиков и за баб.
– Концептуальный тост. Ну, вздрогнули.
Максимилиан и Бог выпили. Максимилиан закурил. Бог тоже.
– Вот. – сказал Максимилиан. – Вот ежели б ты женился, – а за тебя любая пойдет, ты не сумлевайся – было бы тебе с кем вечера коротать. Тебе радость и утешение, а нам матушка. Захочется тебе кому-нибудь из детей своих, то есть нам, щелкана отпустить – отпускай, кто ж тебе запретит. А матушка нас будет по больному месту гладить и слова утешения нашептывать. Ты ж сам не больно-то уж разговорчивый – согласись.
– Есть такое дело, – сказал Бог.
– Ты не спеши рубить идею. Покумекай.
– А есть кто на примете? Да не напрягайся. Шучу я. Сам разберусь, чай не маленький.
– Ладно, Господи, пойду я, чтоб до темноты домой успеть.
– На вот, – сказал Бог и протянул Максимилиану баян. Младшенькому твоему гостинец.
– Ой, а уже и забыл. Он как раз хотел на баяне играть. Спасибо.
– Марфе привет. Ты заходи и просто так, без дела. А над твоим креативом…
– Чего?
– …идеей твоей я подумаю.
– На посошок?
– Давай.