13 Views

Значит, такая история. Жили в одной деревне мужики, бабы и детишки. Жили обыкновенно, без хитростей. То ругались, то мирились – всё как у всех. Жить можно. Вот только… да чё там — то черт проказничает, то царь шалит, то Бог воспитывает. Совсем невмоготу стало людишкам. Пришли они тогда к Максимилиану и говорят.
— Максимилиан, сходил бы ты к Богу. Мы тут тебе собрали, чтоб не с пустыми руками.
— Опять пьяный придешь, лучше домой не приходи, — сказала Марфа, жена Максимилиана.
— Да ладно тебе, Марфушка. Я свою норму знаю.
— Знаю я твою норму.
Максимилиан поцеловал жену.
— Папа, гостинчик от Бога принесешь? – спросил младшенький.
— Понятное дело.
— Иди уже, — сказала Марфа, вручая Максимилиану корзинку.
Поклонился Максимилиан жене, деревенским, перекрестился и пошел.
Долго ли коротко ли шел Максимилиан, но вот и деревня, где жил Бог. Подошел к его дому и отворил дверь. Бог стоял у верстака и мастерил табуретку.
— Бог в помощь, — сказал Максимилиан.
— Казалы богы, шоб и вы помоглы, — ответил Бог.
— Эт можно. Чё делать?
— Садись. Я щас.
Бог сделал еще пару движений рубанком, взял веник и подмел стружку.
— Ладно, завтра доделаю. Че сидишь? Закуривай. Рассказывай.
Максимилиан закурил и стал выкладывать из корзинки.
— Это что: еда или закуска? – спросил Бог.
— Тебе видней.
— Ладно, нарекаю ее закуской, сказал Бог и достал из кармана запотевшую бутылочку самогона. Разлил, сел напротив Максимилиана.
— За что выпьем?
— За тебя, — сказал Максимилиан.
— Я тебя умоляю…
— За Святого Петра.
— За Петю? Согласен. Нормальный мужик.
Максимилиан и Бог выпили.
— Волынку-то не тяни. Сказывай, чего пришел.
— Тут дело такое, — начал Максимилиан. – Ты мужик справедливый – это факт. И суровый – и с этим не поспоришь. Я тоже не сахар. Вон, когда у нас с Марфой детишки пошли… Иной малец нашкодит, так я сразу за ремень. А Марфа мою руку, глядишь и придержит.
— Ты к чему клонишь?
— Давай еще по полтинничку.
— Давай. За что выпьем?
— За мужиков и за баб.
— Концептуальный тост. Ну, вздрогнули.
Максимилиан и Бог выпили. Максимилиан закурил. Бог тоже.
— Вот. – сказал Максимилиан. – Вот ежели б ты женился, — а за тебя любая пойдет, ты не сумлевайся – было бы тебе с кем вечера коротать. Тебе радость и утешение, а нам матушка. Захочется тебе кому-нибудь из детей своих, то есть нам, щелкана отпустить – отпускай, кто ж тебе запретит. А матушка нас будет по больному месту гладить и слова утешения нашептывать. Ты ж сам не больно-то уж разговорчивый — согласись.
— Есть такое дело, — сказал Бог.
— Ты не спеши рубить идею. Покумекай.
— А есть кто на примете? Да не напрягайся. Шучу я. Сам разберусь, чай не маленький.
— Ладно, Господи, пойду я, чтоб до темноты домой успеть.
— На вот, — сказал Бог и протянул Максимилиану баян. Младшенькому твоему гостинец.
— Ой, а уже и забыл. Он как раз хотел на баяне играть. Спасибо.
— Марфе привет. Ты заходи и просто так, без дела. А над твоим креативом…
— Чего?
— …идеей твоей я подумаю.
— На посошок?
— Давай.

Редакционные материалы

album-art

Стихи и музыка
00:00