946 Views

+++

Они решили, что они власть, а мы решили, что мы их рабы. Они наиздевались над нами всласть, но этого недостаточно. Оказывается, осознанность и родной язык можно украсть. Скоро они запрут нас в клетки. Получи каплю свободы по принципу остаточному, займи очередь, и тебе накапают ее из пипетки. Продолжай молчать, продолжай закрывать пустые глаза, продолжай подставлять своих, продолжай делить мир на нас и их, отрекись от себя самого за хлеб и зрелище. Ведь если ты разуешь глаза — то откроешь рот, ты увидишь вокруг себя пепелище, испытательный полигон и стрельбище.

+++

Внешнее благополучие, за которым кроются гниль и плесень; люди с черными дырами вместо душ; это просто сказка, это прекрасная песня; дьявол сорвал здесь свой куш, а Бог потерял здесь свой голос. Они говорят, что забивают очередной гол с середины поля, а сами бьют мимо ворот. Они говорят: «Позвоните маме», а сами уничтожили храмы — кто-то врет. И когда ты в следующий раз поставишь в память о друге свечку, они соберут свое вече и решат приставить к твоему виску пистолет. Да, ты жертва, и ты умрешь в цвете лет. Я отличаюсь лишь тем, что собрала свою боль в кулак и ударила дьявола им в ответ, когда он засмеялся: «Одна только ты осталась, как бы не так, никаких вас больше нет», — и проглотил застрявший в горле комок. Мы здесь. Мы есть. Ты слышишь, Мой Бог?

+++

Мне снилось, как я проваливаюсь под лёд. Мне снилось, что понимаю вдруг — я задыхаюсь под ним, и никто не придёт, не спасёт. Хотя кто-то там есть, с той стороны, мне сквозь лёд силуэты видны.
Мне снилось, что я звоню тем, кого уже нет в этом мире, и они поднимают трубку. Мне снилось, что меня ставят вместо мишени в тире, что стреляют в меня и тело мое дырявой становится губкой.
Мне снились все мои предыдущие жизни, о каждой из них напишу я отдельную книгу. Чего только не снилось мне, когда я просыпалась в холодном поту. Так в чем же интрига?
Я была не в балтийском порту. Не в каком-то случайном месте, бесконечной вселенной извне. Я в доме своём была, в родной любимой стране.

+++

Будь ты бесстрашен миллион раз и невероятно подкован, либо, наоборот, цепью боязни к стене прикован. Не важно, что выбираешь ты — крик или молчанья пророчество. Время настало твоё — право на одиночество. Право на язык, право на голос, право на цвет глаз, право взять слово. Право разбрасывать камни, право собрать каменья. Право на собственную кровь, право на собственные гены. Право из крысы превратиться в волка на воле, горечью слёз залиться или сдержать ком в горле. Выжить в жерле вулкана, выплыть из глубины раскалённой лавы, боль и ненависть свои в любовь переплавить. И не важна больше дней и ночей амплитуда. Право упасть на дно и оттолкнуться оттуда.

+++

Вычеркни пункт «свобода» из списка своих ежедневных задач — и вуаля, поздравляю, ждёт тебя много суперудач. Всё равно что зайти в тёмную комнату с закрытыми глазами. Всё равно что открыть замок с отрубленными руками. Всё равно что плыть с завязанными ногами. Очень удобно идти на дно. Очень удобно кушать г**но. Очень удобно, белого света не видно, но… Ты к тьме привыкший.

+++

Это люди, у которых все заебись. На кусок хлеба променявшие небесную высь, будто птицы, запутавшиеся в электропроводах. Когда я смотрю на их лица, у меня темнеет в глазах. Одевайтесь неброско, становитесь в очередь, благодать не заставит себя ждать. Да, им непросто, и как же нам непросто. Я расправляю лёгкие как могу, я отдаю свой ужин врагу, но дышать уже нечем, говорить уже не с кем. Вселенная ко мне столь добра, что не дает мне упасть. Где же пропасть, которая разявила черную пасть? Как туда не попасть?

Человек переломанный

Люди, которые не хотят думать своей головой. Люди, которые не умеют любить и быть любимыми. Выпускники счастливого советского детства. Готовы ли вы так же растить своего ребенка?
Не бери его на руки слишком часто, а то привыкнет. Не обнимай его, а то будет слишком ласковым и непослушным. Пусть не выпадает из ряда, пусть становится в ряд. Зачем ему новая одежда, доносит за братом. Зачем ему вкусная еда, наши деды в войну радовались корке хлеба — чем же он лучше. И вообще не давай ему есть, если он принес из школы плохую оценку. Он будет, как мы, ему не нужно быть умнее, чувствовать больше и уметь что-то свое. Мы его родили, он нам принадлежит, мы слепим из него то, что нам нужно. Нам нужно сделать тебя удобным, нам нужно встроить тебя в наше общество, как в прокрустово ложе. Что на это похоже?
Делай так, и получишь его — человека переломанного.

+++

Тьма приходит за мной, в дверь стучит, говорит: «Люблю тебя, собирайся». Я смело ей открываю, ведь света без нее не бывает, как ни старайся. Не вырастет рай без ада, и ад без рая. Каждый зверь в свою стаю вписан, каждая птица — в свой клин. Это важно, где будет посажено дерево, где родится сын. Но если народ мой вытолкнет меня за порог, я пойду. Я скажу: «Я проиграла, а ты победил», и ему оставлю его беду. Тьма любит меня точно так же, как и в конце туннеля свет. Так есть. Так было. Иной формулы попросту нет.

+++

Пока я создаю свой собственный, дышащий свежим воздухом мир, они производят разруху. Они, как их деды и прадеды, их дети и внуки, такой мегахаос, такой дурдом сочиняют от скуки, что непонятно, как удержать на месте свою кукуху, глядя на них. У меня связаны ноги и руки, у меня не дописан стих, ветер в деревьях запутался и затих. Я поняла, что я бьюсь головой о стену, а им до фени. Ради кого-то я много раз была птицей феникс, пора бы стать ей для себя.

+++

Слишком многое спрятано в твоей пустоте: и надежда на Бога, и неверие в Бога в тот момент, когда под ногами разверзается пропасть. И когда у тебя есть всё, а спустя миг — уже ничего, тебя встречает призрак и разевает перед тобой свою пасть. Всё, что спрятано было, отдать сему призраку нужно. Это тень прошлого тебя самого, твой немой ужас. Ты не построишь нового, старого не разрушив. И ты отдаёшь ему всё без прикрас, оставив себе только язык, чтобы говорить и слушать. Только стихи. И выражение глаз.

+++

Я боялась открытой воды, океана, моря. Оцепенение. Чёртова сухопутность. Закрытый путь. Лучше бы я боялась боли, стыда и горя, и научилась выплывать из них, а не тонуть. Главное, чему не научат школа и мама — как времени мало и как тебя мало, чтоб трудность очередную преодолеть. Однако, детка, ты помни: всегда выбирай только жизнь, даже если всё очень достало, потому что сама тебя выберет смерть.

+++

Борьба за выживание. Теория эволюции в действии. Это не об интеллекте, это об адаптивности. Не о чувствительности, а о толстокожести. Скорее реки потекут вспять, чем я пойму этих людей. Проще говорить с птицами, ветрами, деревьями и травами, изучать их глубокий язык, чем видеть что-то там, где на самом деле ничего нет. Перестань стучать в запертую дверь. Останови строительство замков на песке. Всё твоё им как кость в горле, которой они подавились. Здесь ничего не будет.

+++

За тишиной старых парков, за чистотой широких улиц, в подземельях разрушенных храмов, в лабиринтах и клетках пробует течь загустевшая неостановимая кровь. Кровь наших предков, заключённая в трубы под городом, как Немига-река. Немой язык пытается говорить, цвета становятся ярче, деревья выкручиваются из-под завалов, стремятся вверх. Правда в том, что жизнь мудрее всего, жизнь побеждает.

+++

Вышел из берегов моей души океан и расплескался на весь мир. Тут, где нет ни жизни, ни смерти, ему стало тесно. Больше я не слушаю язык ненависти, мне больше не важно, что кому нравится, а что нет. Я плачу и смеюсь за всех, кто погибли и переломались, кто спрятались внутрь себя, а таких — большинство. Я понимаю каждого из вас, ведь я не другая, я — такая же. Ты не один, ты не одна, нас много. Мы встроены друг в друга.

+++

Ты смелая, потому что устала бояться. Ты на высоте, ведь ты оттолкнулась от дна. Не важно, в белом ты или красном платье — что с тобой может статься, если день светел, а ночь темна? Ты просто хочешь, чтобы все, кто не дома, наконец вернулись домой. Где бы они ни были, кем бы они ни были — чтобы о них не забыли. Не важно, что никому нет дела ни до кого. Тебе достаточно тебя самого. Главное — тебе самой и Богу есть дело до твоей богатой души. Всё хорошо. Танцуй. Улыбайся. Дыши.

+++

Если вам до чьего-то цвета кожи есть дело, до разреза глаз, платьев и формы тела, если вас беспокоит, кто с кем просыпается и как одевается — поздравляю, это успех, вы в клубе тех, кто утратил самих себя либо вовсе не находил. Вы в лабиринтах смыслов квадратно-гнездовых, извне навязанных, не передовых. Мои цвет кожи, разрез глаз, моей одежды тренд, ночей моих контент, на каком языке я говорю и какой рукой пишу — правой или левой — исключительно моё дело. Вы отразились в королевстве зеркал кривых, это не ваши мысли, это не вы. Будь проще: занимайся самим собой, думай своей головой, чувствуй своим сердцем, трогай своими руками.

+++

О дорогие лицемеры, ханжи и критики! Лицемерьте и ханжите побольше — миру вас не хватает, ему вообще недостаёт здравомыслия и аналитики. Уж вы-то сможете, уж вы-то поднимете уроненное нами благочестивое знамя, уж вы-то из пламени его вынесете, уж вы-то новое молодое поколение вылепите — себе под стать! Вашу ж мать!

+++

Это правда — у каждого свой персональный ад, своё приватное чистилище. Это место, откуда сложно вернуться назад, где на столе в остывшем кофе растворён твой собственный яд. Я знаю людей, которые своей захлебнулись желчью, порицая других. Они чудовища, страшилища. Они сами себя изнутри едят, искренне думая, что едят окружающих. Мир выталкивает таких из себя.

Писатель, редактор, эссеист, блогер, переводчик. Родилась в 1984 году в Минске, Беларусь. Автор книг поэзии на белорусском языке «Чудо конфискованного детства» (2005), «Экзистенциальный пейзаж» (2008). Произведения были переведены на шведский, латышский, литовский, польский, болгарский, немецкий, русский, украинский, английский и другие языки. Активно ведет блоги в соцсетях, делает авторские переводы своих стихов и пишет на белорусском, русском и английском языках. Живет в Латвии.

Редакционные материалы

album-art

Стихи и музыка
00:00