749 Views

* * *

Хорошо, что нет войны.

Просыпаться не от грома,
А от тихой тишины
Жить не где-нибудь,а дома
Посреди своей страны
Хорошо, что нет войны.

Ни в полях, ни на морях
Смерть бандитка не пирует.
В светлых детских лагерях
Дети дружно маршируют
В белых форменных вещах.
Кур блаженствует во щах.

Гимн играет на заре
С музыкой и со словами,
Фрукты зреют на жаре
С наливными головами.
Птички строятся в каре,
Жук томится в янтаре.

Хорошо, что нет войны.
Про войну нам не сказали.

У испачканной стены
На раздолбанном вокзале
Человек сидит и плачет
Жёлто-синими слезами.
Глупый сын грызёт калачик,
По стене жена сползает.
Жить придётся без жены.

Хорошо, что нет войны.

* * *

Я сапог его кайлом, а сапог не колется.

Александр Галич.

Не то, чтоб из стакана с подстаканником —
Кремлёвским утром крови с похмела,
Не то, чтоб яйца отрывал охранникам.
Он нами правил.Родина жила.

Он строго правил.Так сказать, по-сталински.
Он нам выстругивал менталитет.
Нас всех не станет. Родина останется.
Ей всё равно мы тут или нас нет.

Мы ничего другого и не видывали,
Да нам давно не нужно ничего.
Нас досуха ,без сожаленья выдавили
На сапоги корявые его.

И по другому быть мы не научены,
И кто бы ни был — всё одно кино.
Уже не больно даже. Просто скучно.
До фени. Пох. До лампы. Всё равно.

* * *

Тогда его внимательные суки,
Приметили, надыбали, доставили.
И по науке — на затылок руки,
И к стенке плохо крашеной приставили.

Присядьте, — говорят, — раздвиньте анус.
Чуть помогли , ударив под колени.
Глядь — у него там спрятан Нострадамус,
С определённым сроком их правления.

Там у него призывы, декларации,
Знамёна предстоящего восстания.
И планы проходящей операции,
Полученные в Великобритании.

Там что -то взрывчатое, что-то шанцевое,
Просроченное, без гарантий, левое.
Раскачанная лодка, столп расшатанный,
И мальчик из рассказа Пантелеева.

-Эх, яболочико, куда ты котисси?
Непросто нам с подобными граждАнами.
Мы всё это потом вернем по описи,
Обычно, это нам не пригождается.

А он смотрел усталыми и карими,
И всё шептал губами шевелящимися:
О жизнь моя! Нелепый комментарий
К другой — не прожитой и настоящей.

* * *

Чем больше боишься, тем меньше боишься.
Чем больше боишься, тем больше боишься.
Чем меньше боишься, тем меньше боишься.
Чем меньше боишься, тем больше боишься.
Чем больше, тем меньше. Чем меньше, тем больше.
Чем больше, тем больше. Чем меньше, тем меньше.

* * *

У старой крестьянки Пановой Татьяны Кондратьевны.
Давно телевизор сломался и радио.
Чего-то такое к ней всё же порою доносится,
Сосед Родион со значением косится:
«Мол, даже смешно, мол, чего задираться с Россиею.
Мой батя их Днепр насиловал, то есть форсировал»
Татьяна не спорит. Ругаться — чего же хорошего?
Хотя он ей триста рублей задолжал с позапрошлого.
Ей надо косить — прямо ноги в траве заплетаются.
И птицы- заразы с утра на смороду слетаются.
Татьяна Кондратьевна русская в скольких уже поколениях,
До Ленина жили Пановы и сколько уже после Ленина.
Однажды она в принесённую урну пихала бумагу.
За это её повезут под конвоем в Гаагу.
Замочена синяя блузка в холодной воде,
В ней бабушка Таня Панова предстанет в суде.

* * *

Хоть не смотри и не читай.
Идёт на Сербию Китай.

У каждой ГЭС или АЭС
Своя заводится Лох-Несс.

В Москве, как Ферапонт предрёк,
Канат протянут поперёк.

Покрашен белым Белый дом
И узнаваем стал с трудом.

Вооружён , как боевик,
Берёт Рублёвку борщевик.

И над Кремлём метеорит
Прощальным пламенем горит.

Идёт Державин в епанче
И Ходасевич на плече.

А на иконе по семь раз
За день лицо меняет Спас.

* * *

Везде катастрофы
И полный атас
Закрою свой профиль
Закрою свой фас
Колючкою злой
Обнесу теремок
На двери тупой
Приспособлю замок
И даже накину
Раскидистый крюк
Я город покину
Я брошу фейсбук
И землю больную
И всё что люблю
На птицу стальную
Билет я куплю
Дорогою звёздной
Кометой умчу
И в космос морозный
Навек улечу
Там ады и смерть
Там прижавшись в углу
Я буду смотреть
В беспросветную мглу
Там пусто повсюду
Там полный атас.
Но думать я буду
О нас и о вас.

* * *

Выцвели, покоробились прожитой жизни фотки,
Это не ты в открытом, это не я в лодке.
Белены , что ли , теперь добавляют к водке,
Пушкин какой-то лысый, Волга не ладит с Окой.
Внук по складам читает вслух военные сводки.
И по распятой карте кровь разбежалась ходко
Красной легкоатлеткой, неудержимой рекой.

* * *

Не жалеют, не зовут, не плачут.
Нэ да нэ. Цыганский перезвон.
По душе солдату жизнь палачья,
Боевой ударный батальон.

Мальчики! Вы не из-под Рязани?
Нету ли Есенина средь вас?
Как вы? Сами или вас вязали,
Угодили в этот перепляс?

«Сами мы, по большей части сами.
Жить-то нищим стало западло.
Не зови нас телеголосами,
Дай, начальник, внятное бабло».

Худо ли? Увидеть спозаранку,
Над вчерашней целью белый дым,
И в обнятку — к розовому танку
Сделать селфи с другом боевым.

* * *

Спроси, круг времени вертя и так, и так,
И страшный скрежет кожей слыша:
Как вообще мог выжить Пастернак
До той поры, когда уже не выжил?

Кем был допущен непонятный сбой
Отлаженного механизма?
Как сам он выдержал прибой
Соцреализма и социализма?

Kaк долго на стене ружье
Помалкивало и ленилось;
И можно ль приручить её-
Судьбы нечаянную милость?

В последнем акте выстрелило всё ж.
И звонко щёлкнули курки тугие.
Вновь Чехов прав и не попрёшь
Против основ драматургии.

* * *

Я не хочу оказаться в Чикаго,
Мне не нужна белопенная Прага.
Ни голубиных дворцов Веницейских,
Ни офигенных полей Елисейских.

Улица Цеткиной. В грязной столовой.
Только бы с Сашей, Степаном и Лёвой.
Мраморный стол с безобразной солянкой,
В пальцах стаканы с разлитой полбанкой.

Улица Ленина. Улица Кирова.
Только без этого и без Кадырова.
Только бы знать — не вцепилась ракета
В детское тело в мгновение это.

В жалкой столовке, с мутным стаканом,
С Сашей и Лёвой, и со Степаном.
Что ж вы, родные , уснули без просыпу?
Как же мне дальше, Господи? Господи?

* * *

Детский сад.Детский сад.
Миша это миномёт
Петя это пулемёт.
Алик это автомат.
А Ната и Света
Граната и ракета.
А за маленьким Володей
Папа больше не заходит.
Заходил он в плащике,
А вернулся в ящике.

Вадим Семёнович Жук — советский и российский актёр, сценарист, поэт, теле- и радиоведущий. родился в 1947 году в Ленинграде. Снимался в фильмах Александра Сокурова, Игоря Масленникова, Владимира Хотиненко, Антона Барщевского и других. Был автором и ведущим на Радио России, РТР, ТК «Культура», где сотрудничал с Михаилом Жванецким, Игорем Иртеньевым, Сергеем Плотовым, Екатериной Михайловой и др. Автор и соавтор сценариев анимационных фильмов «Собачья дверца», «Сказка про Волка», «Лис», «Ваня и Леший» и ряда других. Написал ряд песен к анимационным фильмам «Маша и Медведь», «КОАПП 20 лет спустя», «Солдатская песня» и пр. Выпустил сборники лирики «Стихи на даче» (изд. «Зебра-Е»), «Жаль — птица» (изд. «Время»), «Ты» (изд. «Век информации»). Сборника драмы и драматических стилизаций «След в след» (изд. «Время») Сборника стихов «Угол Невского и Крещатика» совместно с Татьяной Вольтской (изд. «Радуга»). Живёт в Москве.

Редакционные материалы

album-art

Стихи и музыка
00:00