364 Views

* * *

Мать всех живущих на небе печёт пироги,
Белые сливки в пушистые тучки взбивает,
Солнечный шёлк в разноцветные шали свивает,
Ждёт, чтобы к детям однажды вернулись мозги.

Ссорятся дети. Обычное дело, увы.
Кто же не ссорился в детстве? Подумайте сами:
Каждый и дрался, и плакал, и дулся часами.
В детстве и люди такие, и кошки, и львы.

Мать всех живущих детей не бранит никогда.
«Это обычное дело», — она уверяет.
«Скоро пройдёт», — ежедневно она повторяет.
Только вот суша всё суше, мутнее вода.

Ссорятся дети. Друг в друга кидают песком,
Замки чужие ломают, швыряют машинки,
Книжки сжигают и топчут цветные картинки.
Места живого давно уже нет ни на ком.

Мать всех живущих пытается их убеждать,
Только от этого толку всё так же не видно.
Дети дерутся — опять им за что-то обидно.
Как же, помирятся, жди… Впрочем, нечего ждать.

Камень и пепел — травинки живой не найдёшь.
Бронемашины не едут, и пламя остыло.
Плачет над круглой космической братской могилой
Мать всех погибших.
А может быть, попросту дождь.

* * *

«Бойцовый кот нигде не пропадёт»

Стругацкие

Коты уходят на войну,
На фронт, на смерть, на глубину,
И слышен гомон меж людьми:

«Валите сами, кто готов!
Зачем на бойню гнать котов?
У них же лапки, чёрт возьми!»

Коты уходят налегке:
С тряпичной мышкой в рюкзаке,
Без автоматов, без гранат.

Коты в военных сапогах
Любовь наводят на врага
Под звук мурчальных серенад.

Коты идут не воевать,
Хотя умеют убивать —
Сегодня просто не хотят.

Кот промурлычет без затей,
Что драться с помощью когтей
Весьма опасно для котят.

Поняв, какой он был дурак,
С котом в обед разделит враг
Свою тушёнку и кефир.

И так же сделает потом
Союзник с вражеским котом,
И наконец настанет мир.

* * *

— Ганс, в газетах писали, что это плохие люди,
И вчера, и сегодня писали, что эти люди плохие,
А я не могу понять ничего.
Почему эти люди такие плохие?
Разве не все мы создания Божьи?

— Молчи, Грета, молчи.

— Ганс, по радио говорили, что это плохие люди,
Опять говорили, что это плохие люди,
А я думаю об этом и не могу уснуть.
Разве кровь не одного цвета у всех?

— Молчи, Грета, молчи.

— Ганс, по телевизору показывали людей,
Показывали и говорили, что это плохие люди.
Ганс, ведь это не может быть правдой?
Разве мы произошли от каких-то других животных?
Разве есть хоть какая-то разница между ними и нами?

— Молчи, Грета, молчи.

— Грета, в интернете писали, что это плохие люди,
Говорили, что это плохие люди,
Показывали людей и говорили, будто они плохие.
Во всех газетах и блогах,
На всех мониторах и голограммах,
По всем гарнитурам и нейроимплантам,
Кажется, я слышал это от собственной железной ноги.
Вот только я видел этих людей, Грета.

Там, где я их видел, разница не видна.
Грязь липнет ко всем одинаково,
Кровь у всех одного цвета,
Одно и то же выражение глаз
У убитого и того, кто убил.
Нет никакой разницы, Грета,
А если есть, то не между ними и нами,
А между…

— Молчи, Ганс.
Молчи.

* * *

Здравствуй, мой бедный Гай.
Да, я пишу письмо.
Дома опять пурга.
Новый корабль — дерьмо.

Выпью — пущу сигнал
В радужный звёздный смог.
Ты ничего не знал,
Я ничего не мог.

Живы все? Если да,
Раде большой привет.
Скоро ль всему пизда?
Срочно пришли ответ.

Думаешь, друг лежит
Плачется в уголке?
Нет, научился жить,
Словно бы всё о’кей.

Если бы только я…
Если бы только ты…
Впрочем, ну нахуя
Вам там мои мечты?

Знаю, вопрос нелеп:
«Кто сделал больше зла?»
Ты ли, который слеп?
Я ли, который слаб?

* * *

Медведица в берлоге сидит,
На улицу не глядит,
На боку не лежит,
Ворчит-ворожит:
«Плакун-трава
Да адамова голова,
Глаза охотнику отведите,
Стороной его уведите
От мужа моего,
От брата моего,
От детей моих,
От детей чужих,
От мужей чужих.
Пусть мимо идёт,
Ищет — не найдёт,
Зимой в лесу заплутает,
По весне растает,
Убежит водицей,
Травой обратится».
Медведица ворчит,
Ревёт да рычит:
«Коли придёт сюда,
Ждёт его беда.
Задеру!»

* * *

И, конечно, ты скажешь: «Не было, не подловишь.
Не судил, не любил, не видел, не привлекался,
Не замешан ни в грязном деле, ни в добром слове,
Никого там не встретил, значит, и не расстался.

Что там было и где там было — ваще не знаю,
Только знаю, что я там не был и не причастен.
Я не брал у вас хлеб, не дрался за вашу стаю,
Я всегда был не там, и не был притом несчастен».

Я отвечу: «Конечно, не было, как иначе?
Всё списали давно: и прибыли, и ущербы,
И никто там тебя не вспомнит и не оплачет.
Ты там не был. Возможно, впрочем, ты просто — не был».

Ева Латерман родилась в Москве в 1998 году. Сценарист, актриса, художник по гриму, бутафор. Стихи пишет с раннего детства. Много и успешно играет в музыкальном театре, где три спектакля поставлены по ее пьесам.

Редакционные материалы

album-art

Стихи и музыка
00:00