275 Views

Освободители

Мы онемели
потому, что случилось то
от чего перехватило дыхание.
Ночь превратилась в кошмар
в четырёх действиях
каждое из трёх картин ада.
Те, у которых есть право говорить
не всегда могут
им надо экономить силы
между обстрелами.
Кто-то все же рассуждает о том
можно ли писать во время войны.
Иммигрант из Евпатории
который учился в Николаеве
и отдыхал ребёнком в Мариуполе
задыхаясь от гнева
в слезах, читает длинную поэму
о том, как уничтожают его народ,
бомбят его бывших однокурсников
и одноклассников.
Там, где бомбят, наоборот
стараются сохранять присутствие духа.
Шутят
кормят котиков
поливают рассаду
переводят халтуру.
Злятся на бывших друзей.
И главное, все наши
литературные разногласия,
споры и язвительные шуточки поэтов
под водочку
отпали, как шелуха.
Мы жалеем друг друга
прощаем резкость и нервные срывы.
Стараемся помочь, чем можем.
И ещё, про литпроцесс—
некоторые выходят из себя,
кипятятся и обличают
кого-то, кто подписал позорное
письмо в поддержку насилия
или поставил лайк под
призывом громить
протухший Запад. Хайль!
Снова это— не подам руки!
Кто-то размышляет, как получилось
что дети и внуки переживших Холокост,
и полутора миллионов евреев,
не переживших его в Украине,
носят двухцветные жовтоблакитные ленточки
жертвуют и собирают деньги
на помощь Украине.
Израильские доктора
отправляются в полевые госпиталя
лечить раненых
военных и гражданских.
А вот эти потомки тех
кто входил в Берлин в 45м
и водружал советский флаг
цвета свежей крови над Рейхстагом
(кстати, сам пожилой автор знаменитой фотографии
рассказывал на выставке в Нью-Йорке
что пришлось стереть вторые трофейные часы
на кисти солдата с флагом).
Так вот эти потомки тех
кто освобождал тогда,
снова освобождают
Украину от нацистов.
Но почему-то кажется
что все наоборот

19 июня, 2022

пожилой автор знаменитой фотографии — военный фотокорреспондент Евгений Халдей ( 1917-1997), автор знакового снимка «Знамя победы над рейхстагом»

* * *

Как называется это тяжкое время,
беременное мраком и взрывами?
Русские в Клайпеде протестуют,
на животе надпись: «Я говорю по-русски,
но я против войны с Украиной!».
Литовец пишет в историческом блоге,
что улица Русу (Русская), на самом деле
была названа в честь русинов
которые жили в средневековой Литве
когда русские прозябали в Московии.
Снова мы разбираем кровь по ниточке
и гены по ленточке, веки по отсутствию
или наличию эпикантуса,
правда, Балтика, кажется,
уже впитала меньшИнства в свою ткань,
в свой сырой лен, свою соленую влагу.
Им не привыкать, в пограничье
не такая флюидная гендерность
как флюидная нацпринадлежность.
Молодые уже не подписываются
ни на коммунизм, ни на традиционно-
антисемитский и нетерпимый национализм.
Алдона Ивановайте и Акива Шимонис
флюидны как водяные,
они пионеры озер и полей, дятлов и белок,
яблок с румяным бочком
под водой на тяжелой ветви
погруженной в Игналинское озеро.

* * *

Знание, подкорковое осознание
нескончаемой войны
которая не казалась возможной
уничтожает вкус утреннего кофе
и серого, как радиоактивные осадки,
как депрессия, хлеба
тушит освещение во время багрового заката
на берегу океана
затыкает рот резиновой грушей
и наполняет легкие асбестовой пылью.
Ноги вязнут в горячем асфальте
ремонтируемой дороги.
В пейзаже остаются только птицы,
убегающие, почти игрушечные,
американские зайцы,
дикие гуси, гуськом передвигающиеся
по кромке берега на пляже Ветеранов
и еще одна военная колонна
приплывает из-за спины,
когда ты в воде, и присоединяется
к первому батальону гусей.
Клекот гусей
и отупляющая жара
а там, где идет война – грохот, выстрелы,
падающие навзничь люди,
пустая коляска девочки с болезнью Дауна
в Виннице,
ее молодая и красивая мать
в больнице с оторванной ногой
в Буче – трупы молодых мужчин
со связанными за спиной руками.
Интервью с москвичами на улице
по поводу нового набора в русскую армию,
их лица, равнодушные или испуганные
трудно сказать, и монотонные ответы –
да, пусть, кто хочет, идут воевать,
только ненужно заставлять,
большой стране, наверное, нужна большая армия,
не мое это дело, путь правительство решает.
Уже решили.

* * *

Вырезать тебя из моего организма
можно только с мясом
вырвать с корнем
как сорняк
так ведь и роза без него завянет
вытряхнуть мысли о тебе
из головы
как крошки из хлебницы
нечем будет голубей кормить
на привокзальной площади
вытравить твой запах из ноздрей
останутся галлюцинации
вырезать тебя из сердца
оно скукожится

Распыление пыльцы

в Парке Культуры
периода пандемии.
Форма слов
разноцветная пыль пространств.
“Книгу открыл
прочитал– на последней странице
остался с тем же
что и на первой”.
Тщета тщеты
пустота пустоты
эффектная
инсталляция объектов
любовь к отражению
в крышке стола
стилизаторы поверхностей
скорлупа отношений.
Я очень расстроена –
поспи тогда
выпей морковный сок.
Манипуляция как МО
манифест нарциссизма
лакированная поверхность
Victorianа japonism
Летящие птицы на серебряной
крышке шкатулки.
Скользить по поверхности
на коньках с палкой для селфи
чтоб правильный профиль,
не забыть поместить.
Правильные конкурсы
премии фестивали биеннале
триеннале
провинциальные окрестности
мировой культуры
нет, не так
и у нас есть
нобель шнобель
троюродная любовница Бродского.
Правильные гости
правильный круг
нужные люди
(что говорят обо мне?)
попадание в цель
нужные для продвижения
проектов по распылению
глянцевой пыли
обломков белых скульптур
набора стилизованных поз
эротической формы
сиреневых роз
позолота не сотрется
свиная кожа
снова в моде.

В Грузии убили молодого журналиста гея

13 июля 2021

* * *

Пути земного заглянув за середину,
туда, где в темной чаще
скрываются фигуры уходящих
неведомо куда любимых и друзей,
туда, куда борей уносит
пожелтевшие листки календаря
и просто листья клёна ржавые, багряные,
бояться устаёшь.
Самоубийственность тиранов
которые следят за тем,
чтобы количество живых мужчин в империи
баланса с женским не достигло,
традиция самоубийственной страны
лететь на всех парах в тартарары
как только период относительной свободы
достигнет лет не больше десяти,
вот картина маслом, как говорят герои сериалов
с Первого канала – НКВДшные жлобы.

21 сентября 2022

Куда друзья уходят и зачем

Зачем-то часто стали умирать друзья,
зачем мы дожили до этого?
Вот как-то Флоренс, пожилая директриса
психиатрической клиники в Нью-Йорке,
сказала: “Mы с мужем ходим на похороны
по крайней мере, раз в неделю
как другие ходят в ресторан на ужин”.

Куда друзья уходят и зачем
что потеряли они
там, где нас больше нет?
Что там на острове в тумане
где траурные очертанья кипарисов,
юнкеров в строю,
где лодка с печальным грузом
рассекает гладь воды
и ласточка бесшумно отлетает
под шум волны прибрежной?

Не хочешь ли сказать
ну, хоть не дожили они
до вырождения войны позорной?
До коллективной паранойи?
До России, роющей себе могилу
хоть и готовила она другим засаду?
До американского безумия – расстрелов школьников
и мирных стариков на праздничных парадах
свихнувшимися подростками из автоматов?
Вопрос ребром – ответа нет!

6 июля 2022

* * *

Город, где ворота в прошлое
закрыты на замок
там старый яблоневый сад
за школой
превратили в автомобильную стоянку
в подвале дома
где я выросла
с кладовками жильцов
где хранили уголь и дрова
и бочка с соленьями стояла
там сейчас полуподвальные квартиры.

Европейский город
величиной с Флоренцию
или Лиссабон
как все средневековые столицы
построен по тому же плану–
в центре, холм с крепостью
вокруг река с мостами
старые липы и каштаны как в Париже
кафе на набережной
как в Любляне
кораблик на реке.

Коренных жителей почти там больше нет
поляки в спешке бежали в Польшу
в тридцать девятом
евреев убили
те немногие, кто выжил и возвратился
уехали в семидесятые, и позже.
И все же,
город сохранил тепло прогулок детских
школьных танцев под You are my destiny
и эхо гулкое баскетбольного мяча
об обруч во дворе
где за стеной был монастырский сад.

6/12/2022

* * *

Космополит я, гражданка космоса
представительница многогранности
многостранности
антипатриотка я, антипочвенница
любительница мирового океана.
Родина моя– зелёное еврейское кладбище
покрытое обломками мрамора.
Дома я в открытом странном городе
где всем до лампочки моя нацпринадлежность.
Из ленточек предпочитаю бархатные
с коробочки духов французских
или с бельгийским шоколадом
чтобы повязать на погремушку для русского
еврейского полуазиатского младенца.

Такая история

Обычное необычное историческое время
корабль кренится
или вовсе идет ко дну.
Такое уже было.
В доме моего прадеда в Вильно
в Первую Мировую стояли немецкие офицеры.
На старой фотографии
присланной одноклассницей
на пятиэтажном здании на Кальварийской
вывеска – Офицерский клуб Halberstadt.
По словам бабушки,
которой я не знала,
немецкие офицеры тогда
вели себя очень цивилизованно.
Брат деда, инженер. жил в Германии
и был женат на немке.
Они нередко гостили у литовских родственников.
А потом немецкие офицеры
и некоторые местные жители
перестали себя вести цивилизованно.
И в 41ом бабушку, ее мать, и старшего сына
убили в Каунасе.
Во время Второй Мировой войны
которую отец провел на фронте
ему повезло.
Он был ранен дважды
но выжил.
Когда в шестьдесят семь у него
стало останавливаться сердце
и он лежал в ожидании операции
в госпитале Астория Дженерал
с пульсом в двадцать ударов в минуту
что не очень совместимо с жизнью
а машина с пейсмейкером застряла
в снежном буране
отец сказал мне: «Мои родители оба
погибли в пятьдесят семь. Чем же я лучше?»
Вот и сейчас, когда, казалось
бы, пандемия и стала тем испытанием
которое выпало на нашу долю
оказалось, что нам придется увидеть
кадры такой разрухи в Европе
остатки которой мне пришлось увидеть в детстве.
В старом городе Вильнюса
где я выросла
еще десятилетиями после войны
стояли развалины домов
стены без окон.
Одна из обрушилась через мгновения
после того, как мы с папой
зашли в книжный магазин напротив
на узкой улочке
и свет померк в середине дня.
И вот снова – беженцы бегут из Украины,
едут, идут пешком
кричат, закрывают голову и детей руками,
молят бога, проклинают тех,
кто это придумал.
Тех, кто, казалось, вел себя цивилизованно.
А потом перестал.

18 марта

Астория Дженерал – медицинское учреждение в Нью-Йорке
Пейсмейкер – электрокардиостимулятор (по англ. Pacemaker)

Редакционные материалы

album-art

Стихи и музыка