251 Views

* * *

Там Юра в Индонезии
Живет вдали от нас.
Вокруг девицы смуглые,
Кокос и ананас.

Вокруг девицы смуглые
Разносят закусон.
У Юры в Индонезии
Не жизнь, а сладкий сон.

Там горы изумрудные
И теплые моря.
А тут его Отечество
Воюет почем зря.

А тут его Отечество
Едва скребет бюджет,
И цены невеселые,
И перспективы нет,

И скоро будут выборы,
И ясен результат.
И Юре, разумеется,
Не хочется назад.

И нам назад не хочется,
В советские года.
Но нас никто не спрашивал,
Никто и никогда.

Мы Юре не завидуем,
Мы Юру не клеймим,
А просто констатируем,
А просто говорим:

Куда бы ты ни спрятался,
В какой бы водоем,
Везде тебя мы вычислим,
Везде тебя найдем.

И будем жалить за душу,
И резать на куски,
Как призраки из прошлого,
Как совести куски.

* * *

Зимой у нас будет прохладно,
Но мы не мимозы, потерпим.
Кому-то положим на лапу,
Кому-то помолимся в церкви.

Зимой у нас будут простуды,
Но мы ничего, поболеем.
Кого-то намажем зеленкой,
Кого-то бинтами обклеем.

Зимой у нас будут проблемы,
Но это проблемы смешные.
Мы Пригова вон прочитали,
Мы Сталина вон пережили.

Зимой у нас будет похмелье,
Войнушка сведется к интрижке.
Не знаю, зачем ты проснулась,
Спала бы и дальше, как мышка.

* * *

У нас район культурный,
Не дикий, не бандитский.
Тут дети ходят в школу
На русский и английский.

Тут нету наркоманов,
Тут нету проституток,
И мусор убирают
В любое время суток.

А хочется размаха,
А хочется конфликта,
Загаженной помойки,
Исписанного лифта,

Грибов со сковородки,
Немытую посуду,
Но это невозможно,
Тут камеры повсюду.

* * *

В стране давно не пуганной,
В Швейцарии какой-нибудь
Легко дожить до старости.

А тут колодец чистили,
Измазались до чертиков
И ничего не сделали.

Идет зима ненастная,
Под снег уходит улица,
Камазами разбитая.

В какой-нибудь Швейцарии…
Ищу ее на глобусе,
Найду — помечу крестиком.

* * *

Каштаны падают на землю,
Их подбирают ребятишки.
Они несут каштаны в школу
И мастерят из них лошадок.

Лошадки разные выходят.
Бывают сносные лошадки,
Их выставляют на витрину,
Дают медали и дипломы.

Но часть лошадок умирает,
Не доживает до триумфа.
У них башка сползает на бок,
У них теряются таблички.

Других проблем, конечно, нету
Ни у меня, ни у Минфина.
Мы рассуждаем о лошадках,
Мы им приделываем ноги.

А между тем страна воюет.
Но вы об этом ребятишкам
Пока своим не говорите.
Придет пора, узнают сами.

* * *

Красная тряпка висит на веревке,
Всех раздражает, особенно Вовку.

Он ее хочет с веревки сорвать,
И растоптать, растоптать, растоптать.

Он подбирается к ней на коляске,
Тянет ручонки, срывает повязки.

Вовке бы вырасти, на ноги встать,
Но не достать, не достать, не достать.

Шепчутся бабки, смеются мальчишки.
Вовка рыдает и мочит штанишки.

* * *

Одна собака не боялась,
Собака из восьмого дома,
И за машинами гонялась,
И лаяла на пешеходов.

И были многие собакой
В сердцах покусаны за ляжки,
И были порваны колготки,
И обмусолены рубашки.

И ничего собаке вредной
Нам возразить не получалось,
По конституции последней
Собака строго охранялась.

А добровольный старушки
Ей кости в мисочке носили.
Одну такую мы поймали
И с ней всерьез поговорили.

Старушка — это не собака,
Нам за нее ниче не будет
По конституции последней,
Которую придумал Путин.

* * *

Всю ночь кто-то кашлял в моей голове,
Слушал громкую музыку,
Болтал по телефону,
Жарил рыбу,
Ругал власть.

Сам я на верхней полке лежал,
За Украину переживал,
На часы смотрел.

Страшнее всего были
Встречные поезда.
Желаннее всего —
В свои шлепанцы попасть
С первого раза.

* * *

Никто людей не спрашивал,
Не всматривался в лица,
Когда на карте рисовал
Военные границы.

Но люди дырочку найдут,
Но люди просочатся,
Когда спадет накал страстей
И контропераций.

Подземный ход, воздушный змей.
Война войной войны войней.

* * *

В Черное море вошли корабли.
Ради учений, понятное дело,
Не ради любви.

Походили кругами, пустили пару ракет.
Это Байдену предупреждение,
Макрону привет.

Украина далеко, Америка близко.
Пусть знают, у кого длиннее
Пиписка.

* * *

Бабушка на улице спрашивает:
Когда война?
Ей нужно успеть подготовиться,
Купить много гречки.
В гречке есть все необходимые витамины
И минеральные вещества.
В Европе этого не понимают.
В Европе высоко развита
Культура ресторанного обслуживания.
Там теперь можно чаевые в криптовалюте оставлять.

Называю бабушке точную дату.
Она уходит довольная.

Работаю там же,
На автомойке у переезда.
Клиентов немного,
Телевизор под потолком,
Куры, давление, кредит.

* * *

Еще не стреляют,
Пока только целятся.
Снег стал тяжелый,
Уже не лепится.

Не поделили
Песок в песочнице.
Пусть постреляют,
Если хочется.

Со дна постучали,
Со счету сбились.
Передавали,
Чтоб не расходились.

* * *

Что-то лето никак не наступит,
Что-то сахар пропал из продажи.
Это заговор, определенно,
И, возможно, диверсия даже.

Но пока мы воюем с нацизмом,
С этим надо смириться и только.
Пожевал туалетной бумаги,
Посмотрел телевизор и в койку.

* * *

С утра опять не лето,
С утра опять зима.
А где-то, где-то, где-то
Война, война, война.

И людям очень плохо
В сравнении со мной.
Отныне без наркоза
Лечи меня, зубной.

* * *

Никто так рано не встает,
И только я один встаю.
Летит по небу самолет,
Его прицелюсь и собью.

И запишу себе на счет,
И буду требовать медаль.
Летит по небу самолет,
Я не попал в него, а жаль.

* * *

Висит на веревке одежда,
И тень от нее на земле.
Из военкомата повестка
Пришла неожиданно мне.

Я думал, меня не коснется,
Я думал, меня пронесет.
А может быть, это ошибка,
А может быть, это поклеп.

Придется идти разбираться
В наш старенький военкомат.
Висит на веревке одежда,
Качается медленно в такт.

* * *

Пришла бесстыжая весна
Меня призвали на войну
Расцвел над баней абрикос
Я даже пикнуть не успел
Сейчас пришлю тебе в Ватсап
Меня призвали на войну
Стоит рассада на окне
Заплачет мама, не поймет

* * *

Девочка на грани выпускного
Собралась напиться и отдаться.
Поделилась мнением с подругой,
И подруга в принципе не против.

Платье интересное надела
С разными открытыми местами.
Долго выбирала побрякушки,
Ничего не выбрала в итоге.

И пошла по улицам столицы,
А столица вон какая стала,
К празднику украшенная густо,
К празднику победы над фашизмом.

* * *

Я сегодня голодаю
В пользу беженцев и негров,
Без украинской пшеницы
Помирающих в Зимбабве.

Нет у них своей пшеницы,
Нет ни газа, ни мазута,
Только пальмы да орехи,
Только ценности ислама.

Вот и скачут по пустыни
На слонах и носорогах,
Давят скудные посевы
Их железными ногами.

И вздыхают европейцы,
И грустят американцы,
Ничего не могут сделать
Стратегически такого,

Чтобы мир на всей планете
Без насилия и секса,
Как Стругацкие мечтали
В «Понедельнике в субботу».

* * *

Пиво купил человек,
Гордо с пивом идет.
Никто у него теперь
Пива не отберет.

Прячься, убийца, вор,
Зверь, притаись в кустах.
Пиво несет человек
В красных больших руках.

Все ему нипочем,
Вьюги, ветра и льды.
Пиво его спасет,
Вытащит из беды.

Рухни, небесный свод,
Высохните, моря.
Пиво купил человек
Первого января.

Редакционные материалы

album-art

Стихи и музыка