370 Views

Елейный писк

«Ужасные вещи творятся на этом свете
На телевизоры цена — запредельный бред.
Качество жуткое, с сервисом при доставке плохо.
А ипотека, процент — это просто приветик.
Дальше ,видимо, будет полный привет», —
Эмоций при том, жестикуляций, вздохов

Хватит на целый роман бульварный.
«Улицы как убирают, боже мой!
Месяц назад было в десять раз лучше.
При нашем правлении авторитарном
Итог невероятно простой,
Сколько бумагу пером не мучай…»

Когда же совсем разрушает ум
Такая пасмурная белиберда,
Раздвигая сознание прорехами:
Нужно сказать разным мудням: «хм-м-м»,
Можно кивнуть всяким дурам: «да»
Или прикинуться полным «нехером».

И хочется быстро сходить до ветру,
А после бросить кусок параши
В этот скулящий, толстожопый елей
За то, что всего лишь в тысяче километрах
Рушат дома такие, как наши
И убивают таких же, как мы людей.

Пока не всё

Хмырь
Серебра под хвост накидает псу.
Нам
Пострадать по традиции, будь то обрить усы.
Мы
Снова меняем свободу на колбасу.
Бам!
И опять ни свободы, ни колбасы.

Нет.
Нас не вразумляй, сам разумом станешь хил.
Бог,
Сберегая, собачий рай, доставляет хлеб.
Петь
Кровожадные, проклятые стихи —
Сток,
Что питает русло духовных скреп.

Пуп,
Коли и есть в земле, та земля у нас.
Ткни
На полдюйма и выйдет фонтаном нефть.
Глуп,
Значит, давай на царство и в добрый час,
Дни
Превращать в бессмысленную круговерть.

Туз!
И какая масть понеслась внахлест!
Вширь
Будем расти, вглубь закидаем брак.
Ну-с,
Что будет далее, ведает только пес.
Хмырь,
Ну-ка, подбрось под хвост еще серебра.

Сек?
Как щука уходит от дурака?
Да?
Значит, никто, ничто уже нас не спасет.
Все!
При растасовке колоды дрожит рука.
Сдай.
Вроде, есть пара козырей, значит пока не все.

Не надеялся я на победу

— Дай закурить, — попросил русский пленный, дородный
Парень с открытым лицом, выходящий с обеда.
— В ваших краях я надеялся на что угодно,
Но никогда не надеялся я на победу.

— Супер, — сказал комботанат, затянувшись Пал Малом,
— Благодарю, — и прошла отвращения гримаса,
— Тут все же лучше сопеть, разгребая завалы,
Чем подвозить на позиции боеприпасы.

— Только здесь порой рвота до горла подходит, —
Он продолжал, — ведь развал контур нашего следа,
А от того, что осталось немало уродов,
Блеющих в корчах молитвы на призрак победы.

Вот тебе и двести тысяч у ваших кордонов,
В каски, в броню, в камуфляж, в балаклавы одетых.
Да! Соберись нас сначала хоть пять миллионов,
Даже тогда б не надеялся я на победу.

А потому, что случилось все больно дурацки.
Бросилось в нос нафталином из прошлого века.
Мысль пронеслась в голове: «Поскорее бы сдаться»,
Когда толкал замполит про нацистов «телегу».

И понеслась душа в ад на «Урале», снаряды
Гнал я к позициям некому чертову деду.
Пусть он удачно сперва потрошил ваши склады,
Даже тогда не надеялся я на победу.

Этими пушками наш паритет зруинован
И имена с позывными испачканы срамом.
— Мама, не надо звонить, все, как прежде, хреново!
Да, говорю, все хреново, но держимся, мама.

Даже когда наши «Су» в небе жгли ваши МИГи
И пехотинцы ступали по свежему следу,
А контразведка диверсиям строила фиги, —
Даже тогда не надеялся я на победу.

Раз видел сон, втихаря нахлебавшись бадяги,
Нам ее в роту привез поставщик керосина,
Красную площадь прошли желто-синие флаги,
Спасская башня несет на себе бело-синий.

Чувствую, скоро все это увижу воочию,
Когда из Брянска в Подольск на попутках поеду.
Даже сожми мы ваш мир в одну блеклую точку,
То и тогда не надеялся б я на победу.

Самосуд

Захлебываясь оправданиями, порою срываясь на бабий плач,
Вместе с полусотней таких же мучителей и иуд,
Сыскной бригаде бывшей империи попался палач,
В бегах от всемирного правосудия прибежав на отечественный самосуд.

Конвойные между собою грызутся, затворами клацая,
Но с подопечными вежливы, говорят им «вы».
Тем сразу же вспоминаются кровью забрызганные демонстрации
Пыточные подвалы, расстрельные рвы.

А мимо со сквозным в голове соседа по строю волочат тело.
Выходное отверстие выглядит, будто лоб разнесли кайлом.
Тут у героя в штанах сразу как-то предательски потеплело
И по ногам мерзко и медленно потекло.

Улыбчивый конвоир обратился, зубов показав весь рот:
«Вижу у вас далеко тут не все в порядке,
Ну, не волнуйтесь и еще пять минуток и все пройдет.
Быстрей помолись, поплачь и пошли, мой сладкий».

Редакционные материалы

album-art

Стихи и музыка