239 Views

Госпиталь как прибежище

стихотворение написано после гибели брата и жениха в Первой мировой войне

Когда ты всё в крушеньи мира потеряла,
Твои мольбы в тоске пусты, как дым,
Любовь мертва, надежде нет начала –
Ты им нужна; так возвращайся к ним.

Когда печали дней съедают все стремленья,
Уходит гордость, силы прихватив,
Мечты разбиты, вдребезги решенья, —
Будь с теми, кто твоей заботой жив.

Их тоже жернова скорбей перемололи,
Труха потерь осталась от судьбы;
И хрупкий щит в их тусклом мире боли —
Покой, о чём теперь твои мольбы.

Лишняя женщина

Сжимает память вереницу лет,
Вернув слова,
Чьё эхо спит давно,
Скрыл добрый мох
Следы и кровь на гранях тех камней,
Что ноги нам секли в былые дни.

Но кто меня дождётся там?

Протяжны дни, где много лиц и дел;
Толпа надежд
Теснится в стороне;
И свет дневной
Сменяет мгла, бурлит поток людской,
Спеша домой, где передышка ждёт.

Но кто найдёт меня в ночи?

Где трубы режут небо, гаснет свет;
Не у моих
Дверей замрут шаги.
Из-за крестов
Ночные тени ветки долгих рук
Протягивают в тлеющий закат.

Но кто подарит мне детей?

Жалоба демобилизованного

«Четыре года», утешают. «Ну,
Вы молоды. И опыта, к тому ж
Богатого, должно быть, набрались!»
Забыв о том,
Как сливки сняли те, кто был в тылу, –
Ковал успех, пока сражались мы.
Вернулись мы – и что,
Они вверху, все превозносят их,
Но вот о нас молчок;
И героизм нынче не в чести,
А нам опять всё начинать с нуля.
«Четыре года бросить в этот ад!»
Вопят другие. «Ты с ума сошёл!
Ну, не дурак?»
Похоже, мы и вправду дураки.

Август 1914-го

Рёк Боже: «Я людьми забыт:
Должны проснуться души вновь,
Пусть всяк прозреет и глядит.»

А путь спасенья – боль и кровь,
И Он бичом кровавых бед
Вверг мир во власть войны, гробов;

Но где скорбей ужасный след
Оставил Он, народ вопит
В отчаянии: «Бога нет.»

Им

Шум листьев — словно ваши голоса,
Следы за вами травы берегут,
А эхо смеха вашего леса –
Но вас не будет тут.

Нежней с улыбкой вашей мрак ночной,
У звёзд глаза как те, что не забыть,
Я брежу без конца, что вы со мной –
Но вас не возвратить.

Цвет буйный по знакомым вам садам,
В лесах, что вы любили, тёплый дождь,
Пусты поля, где вы бродили — там
Вас больше не найдёшь.

Рондо («Умершему от ран»)

Раз умер ты, покоя мне не знать,
Но в опустевшем мире тень мечты,
Что не сбылась, извечно догонять,
Раз умер ты.

Ещё случатся, кратки и пусты,
Лобови мелкие, но, им под стать,
Ни ликованья в них, ни красоты.

И будет отрезвленья ржа съедать
К иным просторам новые мосты,
И все усилья обратятся вспять,
Раз умер ты.

Сент-Панкрас, август 1915

Сент-Панкрас — ж/д вокзал в Лондоне

Один горячий, долгий поцелуй,
Одно биенье в унисон сердцам,
Ну вот и всё, ведь час, как ни горюй,
Расстаться нам.

Внезапно тронул с места паровоз,
Весь мир померк, хотя был белый день,
Последний взгляд сквозь марево из слёз –
И ты стал тень.

Родилась и выросла на Таймыре, большую часть жизни провела в Восточной Сибири, 20 лет в Санкт-Петербурге, последние несколько лет живёт в небольшом городке на востоке Венгрии. Закончила Иркутский институт иностранных языков им. Хо Ши Мина. В переводах больше всего привлекает и трогает тема Первой мировой войны – это, на взгляд переводчика, невозможной силы и честности поэзия. На пару книг, наверно, уже наработала, но публикаций пока никаких нет. Тем не менее, продолжение следует.

Редакционные материалы

album-art

Стихи и музыка
00:00