283 Views

Предисловие переводчика

На свете, как известно многим, есть песня L’estaca, анархистский гимн всех времён и народов. Гимн антифранкистского сопротивления, который написал во время оно каталанец Луис Льях. И песня эта так крепко запала людям в души и головы, что они перевели ее на многие языки и использовали и по сей день используют как гимн сопротивления мерзким властям. Про песню и статья в Википедии есть, и я Эстаку во время оно тоже переводил, и ссылки на оба эти явления я даже дам в комментариях, так сказать, пруфы.

Любимый мой перевод, даже больше оригинала любимый, — французский, его поет Марк Робин. Есть и русский перевод-переклад, «Стены рухнут, рухнут, рухнут», который якобы является переводом польского перевода песни Яцека Качмарского «Mury», где вместо столба, к которому мы все прикованы, использован образ стен, и до недавнего времени я искренне считал, что Качмарский просто перевёл «Эстаку» на язык родных польских осин, немного поменяв образный ряд. Нормально, бывает (сам так делаю). И посему это и гимн польского Сопротивления, и все такое прочее, и беларусы тоже из соседней Польши его подхватили.

А оказалось-то. А оказалось-то. Что текст Качмарского — это на самом деле анти-эстака. Это литературная полемика с Льяхом (лях против Льяха), где именно что поется о том, что не надо строем ходить, даже если вы очень хорошие парни. И если вы дружно пойдете строем за правое дело, получится в итоге то же самое, вид сбоку, и стены только вырастут. Именно этот посыл в оригинальной песне «Mury», которую даже не все поляки дослушивали до последнего куплета. В общем, для меня это был настолько шок-контент, что я настоящие «Mury» даже перевел. Живите теперь и вы с этим знанием. Что эта песня вообще не о том, о чем она кажется, в том числе некоторым носителям языка.

И да, ответа на вечный вопрос «ке фер, фер-то ке» Качмарский тоже не даёт. У него только «ке не фер па», и это очень грустная песня.

Яцек Качмарский. Стены

Он был молодым и горячим,
Он вроде бы был не один
Он пел о грядущей удаче,
Он пел нам, что мы победим,
Мы свечи ему зажигали,
Он пел сквозь отечества дым,
Что выдержат стены едва ли –
И пели другие за ним:

Давай, круши, ломись на свет!
Оковам – нет и стенам – нет!
Пусть стены рухнут, рухнут, рухнут
И ветхий мир за ними вслед!

И песня во многих вселилась,
Пусть даже порой и без слов,
Сама уже пелась и длилась,
Звуча из сердец и голов –
Катилась мелодия дальше,
Как выстрел был каждый куплет,
Он пел, а оковы всё там же,
И медлил и медлил рассвет.

Но ты круши, ломись на свет!
Оковам – нет и стенам – нет!
Пусть стены рухнут, рухнут, рухнут
И ветхий мир за ними вслед!

А дальше решили – нас много,
Решай уже, наш ты, не наш,
И двинули вместе в дорогу
Искать под брусчаткою пляж.
Кто против – пинками с дороги,
Не вспомнить средь хлопотных дел,
Что первый, кто пел эти эти строки,
Всё ж в одиночку их пел.

Стоял он тихо в стороне,
На общий марш смотрел извне,
А стены пёрли, выше и выше,
И кто-то плакал на стене.

Стоял он молча в стороне,
На братский марш смотрел извне,
И на ногах звенели оковы,
И мох проглядывал в стене.

Редакционные материалы

album-art

Стихи и музыка
00:00