308 Views
* * *
Не кури ты в уголке, Снегурочка,
Сигарету в рукаве тая.
Не придёт к тебе твой лёгкий Юрочка,
Мать ему теперь сыра земля.
А поправь ты шапку с бриллиантами,
Хлопни перед сценой стакашок.
Да иди себе, моя талантливая ,
Деду помогать нести мешок.
Сукой буду, что зажжется ёлочка,
Раз! Два! Три! И загорится свет
И придуманный какой-то сволочью,
Наконец, закончится сюжет
Про лихого русского солдатика,
Как он иностранной вдул Яге.
Будут роем дети с автоматиками
Верещать и виснуть на ноге.
Будет лапать чей-то сладкий папочка…
С закружившегося потолка
Задрожит перед глазами лампочка…
Рухнешь на пол жалкого ДК.
Прямо в белом, прямо в звёздном. Дурочка…
Будут бегать, будет хлопать дверь.
Будешь хрипло звать кого-то «Юрочка..»
Да какой уж Юрочка теперь.
31 декабря 23
Напоминание
У наших властей достиженье:
Поймали Свету и Женю.
У этих Жени и Светы
Особые есть приметы:
Террористки они, русофобки,
Ненавистницы, мизантропки.
Провоцируют беспорядки.
И чего-то там – лауреатки.
Восемь дней нам хмельного тумана,
Совесть вынесенная за скобки.
И прекрасный голос Шамана
Выбивает последние пробки.
3 января 24
* * *
За окошко погляди, сынок,
Эпизодом оттепельной прозы
Вталкивают в ворон-воронок
Маленького дедушку Мороза.
Двор, как двор. Морозно. Ни гу-гу.
Дом, Москва, спокойная Россия.
И чернеет страшно на снегу
Его посох бело-красно-синий.
4 января 24
* * *
Мне интересно, мне любопытно –
Кто тут не срезан ножищем тупым-то.
Кто уцелел от железного веника?
Кто? От эстрадника до проповедника?
Нам хорошо. Мы с тобой обыватели,
Нас-то не сдёрнут с амвона, c кровати ли.
Мы ж не художники. Мы же сапожники.
Кто же вдруг определит нас в острожники?
Мы в зоопарке. Мы корм варим ламе.
Кто же нам ножки скуёт кандалами.
В офисе нашем пьём кофе с печеньками.
Как же нас можно лицом по ступенькам?
Мы же убогие, тихие, куцие.
И на защите у нас Конституция.
Главный закон! Он в чести, он нам нравится :
В нашей Отчизне всеобщее равенство!
Ой, погодите… Раз все мы равны,
Значит, и мы… и без всякой вины…
Значит, и мама….Значит, и дети…
Кто нам расскажет? Кто нам ответит?
6 января 24
* * *
Любая женщина Мария.
И каждое рожденье Рождество.
А то, что дети иногда плохие,
Кого корить и для чего?
Да будет путь, да будет жизнь большою,
Да будет с ними Божия рука.
А нынче – каждой матери покоя
И каждому младенцу молока.
7 января 24
* * *
За год со дня написания одна пятая сыграла.
Эти строчки знают даже дети:
Мол «старик Державин нас заметил».
Приметил, значит, кайф словил
И от души благословил.
А мне б, cжимая чётные цветочки,
Такие написать бы строчки:
Старик Приножин нас заметил…
Старик Кабыров нас заметил…
Старик Принепин нас заметил…
Старик Медвеев нас заметил…
Старик Кабаев нас заметил…
Дай, Господи,дождаться дня,
Когда они благословят меня.
8 января 23
* * *
А вот и мы – золоторотцы.
Сидим на ободке пожарного колодца.
За колышек привязанное, рядом
Пасётся лето вместе с жалким садом.
Отцы на службе. Ни собак, ни кошек.
Зато нам истребили вошек
И мы прекрасно пахнем керосином.
Мы врём друг другу о гнезде осином,
Которое под крышей у сарая,
Кому чего не показала Рая,
Как прыгают с ветвей большие рыси,
Какой будет причал на Лисьем мысе,
Какой бывает колбаса на вкус,
В кино играем. «Шнель! Cдавайся, рус!”,
И прочий интересный хендехох.
На чёрных брёвнах вырос мягкий мох.
С конца войны прошло двенадцать лет.
На новую у нас – увы – надежды нет.
9 января 24
* * *
В дали туманной Страна Советов
Где я родился, где извлекал
Из чисел корни, из почвы репку,
Из жизни строчки.
Теперь я житель Страны Запретов,
Где извлекают из тела крики,
Из строчек правду,
Из жизни жизни.
12 января 24
* * *
Что до живой воды,
То другая всегда сильнее.
Сатурновы сады
Обязательней роз Гименея.
Бывшее до того,
Было весёлым «Лёвушка».
В раме Федотова
Ира в картине «Вдовушка».
Немцам прекратить
Производство Фольксвагенов.
 главному отрядить
Самых ласковых ангелов.
Начальству передохнуть
Мол – «Без нашего участия».
Нам – помянуть.
И всё равно обвинить власти .
По вертикали:Автор «Шоколадницы в фартучке».
По горизонтали: поэт- концептуалист.
Кружится с октября залетевший лист –
Библиотечная карточка.
Зимние облака .
Слово стоит на мосту.
Протянутая с рюмкой рука
Встречает пустоту.
14 января 24
* * *
Обворованный отлично знает, где ворующий,
И сам несет ему драхмы и повинную голову.
Ставит в его храме свечку, если верующий,
Отдает голос, дочку, жену.И забывает про сворованное.
Своровавший потерял сворованному счёт,
Все давно само по себе воруется.
Складывается в штабеля, течёт,
Генерируется и формируется.
Обворованный посылает дитя воевать,
Ничему особенно не удивляется.
Он бы и сам хотел поворовать
Да новых мест не выделяется.
Ворующие забывают, что они смертны.
Надеются на лучших обворованных врачей.
На сворованные медикаменты,
На силу украденных Чудо-лучей.
Впрочем, ничего нового. Во время оно
То же дело и то же слово.
Спроси любого фараона,
Ещё мёртвого или уже живого.
15 января 24
* * *
Целых шесть лет прожил я под правлением Кобы.
Не умею ударить, не могу пистолет навести.
Спаси меня, Спасающий, и дальше от злобы,
Спаси меня от ненависти.
И гуманизм мой, конечно, абстрактный,
И либерализм мой до нитки гнилой.
Мама! Роди меня обратно.
Не выйдет – мама в земле сырой.
Нет, я не орёл. Никогда не орёл.
Персть я земная в божьей горсти.
Всё, что за долгую жизнь приобрёл:
Боже, спаси меня от ненависти.
15 января 24-е
К столетию ухода Ильича
Совсем недавно было меньше,
А вот и набежало ровно сто
С тех пор, как наш любитель милых женщин
Навеки застегнул своё пальто.
А вот навеки-то да не навеки,
Оно не только сам собой лежит.
Всё время в этом каменном отсеке,
То булькнет, то опять задребезжит.
Особенно январскими ночами…
Безмолвные по виду, как Му-Му.
Охранные солдатики кричали!
И каждому понятно почему.
То, как бы выла там, внутри, волчица,
То прорывался из дверей канкан,
То на брусчатку выбегал мочиться
Отчаянно нетрезвый таракан.
Теперь снега на площади белеют,
Насыпало за сотню долгих лет.
Кому достался тендер к юбилею,
Кому доверят накрывать банкет?
Оденут ли в костюмчик от Армани?
Посадят ли за праздничным столом?
Или с гвоздикой алою в кармане
Останется безмолвным чучелкОм?
Пускай лежит.А то совсем проснется,
Да встанет в свой полуаршинный рост,
Да , не дай Бог, на тёзкин замахнётся
Насиженный за столько сроков пост.
Ну нет. Не будет этого ,похоже.
А мы, как отгуляем юбилей ,
Кого-нибудь под бок ему подложим.
Вдвоем-то всяко будет веселей.
19 1 24
* * *
Светлые светлые люди
В светлых просторных костюмах
Сшитых серебряной ниткой
Сколько вас быть-то не будет?
Что же не слышится шума
Над заржавевшей калиткой
Вашей хорошей ракеты
Светлым окутанной светом
С надписью нам незнакомой
Мы вам у Колина дома
Вместе устроим площадку
Будем глядеть на посадку
Как вы по светлым ступенькам
В наше говнище сойдете
Ногу почините Женьке
Света в сортир проведёте
Морду набьёте Володе
Сына вернёте Анюте
Что же всё не идёте
Светлые светлые люди?
24 января 24
* * *
Ну нет в Отчизне массовых репрессий!
Нет массовости, как ты ни крути.
Вот две попавшихся на некоторой пьесе
Вот археолог, сбившийся с пути
Во глубь веков. Вот оскорбитель веры,
Вот спутавший по пьяни гендера…
Но всё по мелочам. Всё знает меру.
Составы не ползут на севера.
Да, судят. Да, сидят. Но единицы!
И лагерей не строят среди льдин
Там, где на строчку Горького дивится
Интеллигентный худенький пингвин.
25 января 24
Родион Романыч
“Имею право или тварь дрожащая?
Имею право!
Земля моя, у ног моих лежащая,
Жалка корява.
Имею право на тебя
Мою отчизну.
По голове тебя рубя,
Лишая жизни.
Пусть в голос целый мир орёт;
Я сам! Особый!
И кто топор мой отберёт?
А ну – попробуй!
Я вам не юноша студент
В парше и рвани.
Я самый главный президент
Своих желаний.
Я жив, я цел, я на ходу,
Не знаю тленья.
И наказания не жду
За преступленья”.
29 января 24
* * *
Любовь к отечеству. Сумеешь – объясни.
К его протечкам, семечкам,церквухам,
К его тычкам, уколам, оплеухам,
К январским переломам, к толстым мухам,
К хорально воспеваемым разрухам,
К привычной смеси крови и херни.
К байкальскому, к морошке, к белой ночи.
К Модесту и Петру. Ко Льву с Антоном.
К скатёрке синей , к почерку с наклоном.
Любовь отечества –
Абзац.
Казарма.
Прочерк.
1 февраля 24
* * *
Где либералы и выбиралы
Бьются в смертельной борьбе,
Я уцелею в количестве малом
Птичкой на сером столбе.
Перечирикаю эти когорты,
Скроюсь по тайным ходам.
Мне интересней ваши колготки
Леди моя и мадам.
Я отрекаюсь от старого мира,
Вот бы и он от меня.
Мне интересней старая лира,
Ею гремя и звеня,
Я добреду до любого астрала
Глядя с насмешкою вниз,
Где либералы и выбиралы
Якобы в схватке сошлись.
2 февраля 24
* * *
Снаружи живёт подъяремный
Гремящий цепями народ.
А вот наш театр Тюремный
Вместилище воль и свобод.
Фальшивые догмы отторгнув,
Закрытый высокой стеной
Наш Лагерный кинематограф
Весёлый живой и цветной.
И ясно – что лучший из лучших –
Жонглёры, гимнасты, борцы.
Обтянутый доброй колючкой
Родной Исправительный цирк.
Любите, ликуйте, cмотрите!
Искусство дедОв и отцов,
Где и надзиратель и зритель
Одно же и то же лицо.
3 февраля 24
* * *
Литейщик не выльет нам новую власть
Поэт не напишет, не выточит токарь.
Проныра щипач не сумеет украсть,
В бауле не вынесет скокарь.
Вблизи золотых государственных урн
Под пристальным взглядом с невидимых вышек
Съедает привычно дежурный Сатурн
Своих же нелепых детишек.
Чума поселилась в обоих домах,
На крашеных улицах черти и мавры,
Туман на семи легендарных холмах
И ходят в метро динозавры.
В уютных ячейках уютных квартир
Нам сладко живётся, нам страшно живётся.
И нежится кошка, и режется сыр
И водка печальная пьётся.
Нам прожитый слаженный век – Парфенон
Смешон, как старушка в бикини.
И странная строчка из прежних времён
Что “Мужество нас не покинет”.
4 февраля 24
* * *
Две девушки-подружки пьют шампусик,
Купили, да и пьют егo.
На них сияет белоснежный трусик,
А больше на них нету ничего
Их разговор об их далёких милых,
Как там без них прекрасный нежный друг?
А он, как раз в вооружённых силах
Освобождает всё вокруг.
Как неосвобождённое увидит,
За автомат – и ну освобождать!
И девушки конечно не в обиде.
Раз надо – значит, надо – будем ждать.
Но лучше бы, конечно, на диване
Лежать, сидеть и что-нибудь смотреть.
Или под душем голенькими в ванне
Друг другу спинки губкою тереть.
Но как же быть? – с врагами нету сладу.
Всё множатся, как эти пузырьки.
Вздыхают девушки – раз надо , значит, надо.
Шампусик сладок. Слёзыньки горьки.
5 февраля 24