136 Views

Июль. Жара. Купание Наяд

Теплынь, суббота, и река невдалеке,
от пятничной поотошли Наяды спячки,
и налегке
рука в руке
к реке Оке
на ино-тачке
Наяды мчат, едва руля …
Теплынь! Суббота! О-ля-ля !..

От кутюрье Наяд наряды
в тени на иве,
а сами несравненные Наяды
в воде по пояс и по щиколотки в иле:
вода, как ртуть,
за бёдра круть,
и вид беспечен-безупречен,
когда, присев в воде по грудь,
по плечи,
и воду задевая с визгом,
Наяды брызги шлют навстречу брызгам:
аксессуар – последний писк –
престижный веер из мельчайших брызг !

Затем Наяды впали в транс,
и даже потеряли берег,
их укачал надутый воздухом матрас
обеих …
Купаясь, будто влагой кружки
нутро насквозь, как искупни ! –
И всё бы ничего, да острые ракушки
царапают ступни …

А с понедельника, оно бы и не надо,
шипят зловредно иностранки,
когда, хромая, шествует Наяда
в палаты где-то на Таганке.
А с понедельника, оно бы и не очень,
когда от плёсов и лиманов
Наяда, не успев украсить очи,
свернёт с Воздвиженки в Романов.
От офиса до тачки — пот до пят,
по пятницу Наяды словно спят…

Чтоб несравненных наблюдать Наяд,
найди места укромны
и изучи излучины подряд,
излучины Оки окрест Коломны !

Девчонка с Девичьего поля

Шатаюсь зря за самые края
по льду пройдохи-февраля,
и древле дремлет родная кровно
Её Высочество Коломна:

над ложем изо льда с уст лёгкий пар,
вздымается лиловый пеньюар,
и, фан — пропал,
Иван-профан,
дышу неровно
по Вашему Высочеству, Коломна !

Стихи тихонько
лелею, холя,
стихи, где Ольга
с «Девичьего поля»…

Нарвусь на срок, как вор я,
с наскока около, где Ольга,
с субботы — подневольным воля,
до понедельника — не тронь-ка !

И Ольга «Лады», как Хельга «Хорьха»,
заботы за забор, за борт ты,
глаза распахнутые — Ольга,
дитя субботы.
Хоть Хельги «Хорьх» не «Лада» Ольги,
глаза в глаза сама с собой ты,
и веки, как шкатулки створки,
с утра субботы …

Особенности русского подхода,
не знать измены им:
как вехи года, разрыв полгода
со дня рождения до именин.
Холёные ресницы-веки,
княгине Ольге в руки руль,
двадцать четвёртое, февраль-июль —
на память вехи …

Воззвать во вне с утра:
— Очнись, подруга! —
и завязать до вечера, удрав,
хотя в завязке ох как туго !
Концами строк
стих сочен,
и длится день, жесток,
до «Доброй ночи!»

Помяты латы,
сам поистёрт,
и только — тонкий стан Отрады
извилист, как норвежский фьорд !

Подруги

Дни, как питьё касторки,
когда без Ольги,
но пью и не напьюсь ликёра дней
при ней.

Не стоят сутки ни копейки,
без Хельги,
без Хельги сутки — жмых,
но золотая капля — с нею миг.

В Москве в отсутствие подруг
субботний вечер попритух,
но вечера одеколонны
в черте Коломны.

Не глядя не гоню, галдя,
и, зря о Грациях не споря,
пью с Ольгой с улицы вождя
за Хельгу с Девичьего поля !

С собой самим борьба без сбоя,
и, очарован дважды, я
пью с Хельгой с Девичьего поля
за Ольгу с улицы вождя !

Варяжская гостья

Себе представлю ночью нежно
и мысленно ласкаю долго,
тебя, моя норвежка,
из Осло Ольга.

Чуть щекотну педалями за пятки,
когда нажмёшь, а я и не заспорю,
и тачка марки две девятки
катнёт по Девичьему полю.

Езда и в зной, и в снег,
скрипит бывалая двуколка,
и на Коломну из столицы, как набег,
а в пять утра кончается ночлег,
набат, на бой спешит в доспехах Ольга,
и редкий люд глазеет, глаз не пряча,
на девушку в доспехах от Версаче …

Девичье поле*

Если б смыться когда из запоя
удалось,
отшагал бы Коломну насквозь
от вокзала до Девичья поля:
cуну нос, раз носат,
тут – живая история,
и застройка застоя
с четверть века назад.
Где по моде, а где и по морде,
и теперь, и тогда,
там, в Европе, и Одер, и “order”,
а в России — Ока и Орда…

. . . . . . . . . . . . . . . . .

Орда на Русь тянула длань,
была баскаков монополия,
сгоняли девушек на поле,
платили девушками дань…
А нынче, не сойти бы от прикола,
раз влез,
вон юбка – от бедра, как глаз монгола,
косой разрез.

А нынче, вплоть до жизни личной,
наш Президент – всему гарант,
и девушки в колготках эластичных
на танцы ходят в “Гранд”**.

А нынче — ни аркана и ни кражи,
и точно шоколад с лотка,
Краса, что всех красавиц краше,
сладка.

А нынче не меня аркан ли тащит,
и зря забыть даю зарок,
Красу, что всех красавиц слаще,
как сахарок.

А нынче я — монгол в напоре,
и та Краса, она во мне, как мина,
и мне сперва за нею к парку Мира***,
а с ней – на Девичье на поле …

————————
* Девичье поле — улица на окраине Коломны
** «Гранд» — модный кабак в Коломне
*** Парк Мира — парк в центре Коломны

Две Звезды

Звезда рванула к Югу,
и, выбитый из борозды,
я взор навёл на спутницу-подругу
Звезды.

Поставить ли Звезде в заслугу,
по крайней мере вклад её весом,
столь милую подругу,
приятную во всём ?!

Был Юг недолог,
и вновь натянуты правления бразды,
и я колеблюсь, Буриданов олух,
сторонник и подруги, и Звезды:

cам — классный, Звёздочки – покруче,
гремучее замес,
и лучше бы подруг не мучить,
не слать ни слова SMS,
мне воля Дамы, как коняге вожжи,
сижу, простак, гоню пустяк,
пустяшный гон подруг не затревожит —
пусть так …

Валентинна, Владиславна…

Нет милее Ольги Вал,
всю б субботу ей кивал,
а без Ольги Вла,
как без света и тепла !

Глаз газелий, взор орла,
королева – Ольга Вла,
но меня околдовал
облик Ольги Вал:
загляделся, как сорвал
редкий облик Ольги Вал…

Ольгу Вал
объял в овал,
Ольгу Вал
облюбовал,
но свербит, как бес ребра
Ольга Вла:

и в завязке я заради
не Марины – Ольги Влади,
это Ольга Владисла
подняла и унесла !

Ольга Валентинна,
как никто, картинна,
и краса подавно –
Ольга Владиславна,
не судьба, а карнавал
с Ольгой Вла и с Ольгой Вал !

Редакционные материалы

album-art

Стихи и музыка
00:00