203 Views

* * *

Жизнь поразительно правдолюбива.
А хотелось хорошеньких новостей.
Что-нибудь, там например, об игривых
Планетных системах, где нет людей,
Но есть их проекции (лучше и тоньше)
В количествах, необходимых для
Уверенности, что эдакой мощи
Хватит для нового корабля
Без якоря, без беготни парусов…
Но снова лязгает ржавый засов,
И воет глухая сирена фаготом,
И вот он — всё тот же старинный Готем
В недавно отремонтированном окне.
А в зарослях жизни снуют правдолюбы,

Но наши уже не шевелятся губы.
Без ожиданий мы
Повзрослели вдвойне.

* * *

Растения вянут. А так ли себе
Мечтала вселенная?
Растения сохнут в бетонной трубе,
Назвав это мнением.
Растения стонут, сгорая в прихожих
Разовых остановок.
Газоны фиалок в шахтах отхожих
Ядерных коногонок
Стыдно цветут, забывая расти,
Стадно сдавая сроки
Всех легендарных радостей,
Что, якобы, не одиноки.

* * *

Скорость звука тишины
Меряется окнами.
Вон он я, а вот — они,
Громкие, прогорклые.

Может там давно уже
Стало всё стремительно,
Может тут, в бетонной рже
Воют истребители.

Нет, не плачь, проснись и пой,
Сбегай за наличкою.
Скорость звука тишиной
Сделает отлично…

* * *

Дом, в котором не всё так просто,
Строил, пожалуй, не Джек.
Лезет железная ржа-короста —
Колдует железопитек.
Из дивана модного прёт пружина
В натренированный зад.
На серой стене — скупая картина
«Шаг влево и два назад».

В доме же Джека — реалистичней,
Там кот, синица, корова,
А здесь — какой-то раздутый китч, и
Прохожий боится Чужого.
Здесь, в темнотище пагубных азбук
Иные слышатся звуки.
Ну-ка, пружина, врежь из дивана
Колким, нагим хуком!

* * *

Свет от лампы, одеяло,
Ночь вполне тиха.
У кота в ноздре застряла
Мёртвая блоха.
Я лежу в обнимку с книгой,
Той, доцифровой,
Там герой в кармане фигу
Делает рукой.
Он устал от пепла, мрака,
Танков и дерьма,
И теперь, походкой рака
В тёмные дома
Заходя, он чует пищу,
Ест в один присест,
Ощущая себя лишним,
Тянется присесть.
Где-то прошлого не стало
Для него совсем.
Были кот и одеяло,
Лампа и модем.
Всё это смели разрывы,
Смяли сапоги,
И теперь он спит счастливый
Посреди пурги…

Из кота извлёк блоху я,
Лампу потушил,
Видел сны, как ветер дует
Посреди могил.

* * *

Плетёмся в гору, роняем листья,
Переживая свою конкисту,
Теряя броники и знамёна,
Бросая тени на прах района.

Плетём из осени вуду-кукол,
Храним в прицельности тайный купол,
Грешим. Безгрешностью — отпускаем.
И так мы станем единой стаей!

Как тот восток, что отмечен вехой,
Как запад сухим и простудным смехом,
Как юг пылает горьким соблазном,
Как север, вдруг, о хорошем и разном.

* * *

Никакой это, знать, не предел,
Слишком много сдано металла,
Слишком многое в гуще совпало,
Слишком долго чайник летел

По не слишком критичным орбитам,
Не космическим, не земным.
Существа выдыхают дым
Метастазных пробелов ритма.

Даже сна не видать вдали.
Как всегда, не вполне капитально,
Мы бросаем себя повально,
Заменив предел на нули.

* * *

Битвы рождаются и умирают,
Прямо почти как люди.
Пули как пчёлы, их не хватает
В улея сладком блюде.

Пчёлы, рождаясь, жалят лодыжку,
Мрут за цветочный нектар.
Люди точечно жгут камыш и
Топят в ночи нагар.

Люди и пчёлы, битвы и роды
Необратимо смешались.
Наши поля, города, огороды —
Просто полезная шалость.

Редакционные материалы

album-art

Стихи и музыка