227 Views

Pale Blue Dot

Звёзды, что смотрите? Что вам за дело до нас?
Вам безразлично, кто и когда умрёт.
Мы несущественны, неразличимы для глаз —
Пэйл Блю Дот.

Если не станет Киева, если не станет Кремля,
Нью-Йорка, Европы и Азии, если нас всех сметёт…
Всё незначительно. Что там за пятнышко? Это планета Земля?
Пэйл Блю Дот.

Звёзды, вы смотрите? Видите? Это Она.
Всё проходило, и даже это пройдёт.
Мир ли у нас, или снова идёт *,
Мы всё равно не больше, чем Пэйл Блю Дот.

Pale Blue Dot (с англ. «бледно-голубая точка») — фотография планеты Земля, сделанная космическим зондом «Вояджер-1» с рекордного расстояния, показывающая её на фоне космоса.

Март 22

Эхо

Я умираю от боли, которая боль — не моя.
Чужая, далёкая — эхо. Но умираю — я.
Утро и новости: что там? Вечер и новости: с кем?
Нет теперь бОльшей заботы, нет теперь бОльших проблем,
Всё не в тумане, но в дыме. Просто иди и смотри.
Мы остаёмся живыми, но умираем внутри.

Апрель 2022

Пепел

Мы измазаны пеплом по самые (д)уши, стоим по колено в углях.
То ли запах победы, то ли жжёное мясо, коньяк, первомайский шашлык.
Мы ждём возрождения Феникса, взлёта орла о двух головах.
Но ходит вокруг черный ворон, ворон, который привык
Питаться просрочкой с «Пятерочки», обугленными мясом с колен,
Чужими мечтами, конфетками с кладбищ в родительский день.
Мы в пепле по самые (д)уши, всё тщетно, всё поздно, всё тлен,
Летит воронок чёрный-чёрный, неся беспросветную тень.

Июнь 2022

Я была счастлива и не писала стихов

Я была счастлива и не писала стихов.
Так, горло болело и иногда голова.
Но вот — истекаю, как кровью, потоками слов.
Будем считать, это значит, что я жива.
Я-то жива, в отличие от других.
Которые вовсе не рифмами истекли.
Но рифмы и песни останутся после них.
Будем считать, они стали частью Земли
И что-то вложили в грядущий её покой.
В мирное небо, в котором не им летать.
В правду. В меня с моей больной головой.
И это имеет смысл,
будем считать.

Март 22

Новое слово

Вы думали, чтобы не было войны, нужно быть человеком,
Нужно быть разумным,
Нужно понимать ценность человеческой жизни и следить за собой,
Нужно помнить о прошлом и думать о будущем.

Оказывается, вы усложняете.
Чтобы не было войны, надо просто подобрать
Другое слово, которым её называть.

Так дети в раздевалке поджидают одноклассника, портят его куртку, отбирают шапку, плюют ему в спину, провожая насмешками до дома, и говорят: да мы так играем!
Это не травля, это такая игра.

Так муж избивает жену каждый вечер, смачно, до хруста прикладывает кулаком в скулу, выливает на голову недосоленный суп, называет тварью, подобранной на помойке и отмытой, а утром извиняется и говорит: вот такой у меня характер горячий, да я и не бил, а толкнул один разок, просто ты упала.
Она замазывает синяки и ссадины и вздыхает: горячий, что поделать.

Такие слова удачные, мирные, даже приятные слуху:
игра,
горячий характер,
специальная операция.

Вы думали, чтобы не было войны, нужно быть человеком,
Нужно помнить о прошлом и думать о будущем.

Оказывается, вы усложняете.
Чтобы не было войны, надо просто подобрать
Другое слово, которым её называть.

Март 2022

Дети

Дети играют, как и всегда играли
Дети играют даже в сыром подвале,
Дети рисуют семью и начало весны,
Даже когда снаружи разрывы слышны,
Даже когда ракеты, свистя, летят,
Дети уверены: взрослые их защитят,
Дети играют, как и положено им —
Хоть и в подвалах, но всё равно живым.
Когда они выйдут на воздух вдохнуть весну,
Я думаю, дети не станут играть в войну.
Думаю, дети не станут над ней шутить,
Кричать, что могли бы запросто повторить,
Рядиться для фото праздничного в солдат.
Мне кажется, этого дети не захотят.

Март 2022

* * *

Кто я и где? Сначала в ответ тишина, потом сквозь неё прорываются стон и плач.
Там, далеко, страдает одна страна, которую заживо хочет распять палач.
Кто я и где? И что эта стопка книг, если не лучшее топливо для печи?
Плач, этот плач безвозвратно в меня проник, и, если уши зажать, он внутри звучит.
И если глушить его «Танцем Феи Драже» или в колонке врубить православный хор,
Это теперь не поможет ничем уже: в эту страну стреляет палач в упор.

Кто я и где, и чья я теперь сестра, если мой брат не хочет и знать меня?
Попали в него, но и во мне дыра. Книги сгорают, но не дают огня,
Тление чёрной каёмкой сжирает лист. Как же я верила в то, что они нужны?
Они даже в виде топлива не спасли ни этой, ни той кричащей навзрыд страны.

Апрель 2022

* * *

Словом ведь можно и ранить, словом ведь можно убить,
Можно толкнуть с обрыва, можно ввести в заблуждение.
Поэтому очень правильно, что слово хотят запретить,
А вас — наказать за владенье оружием
и за его ношение.

Май 23

* * *

Хочешь сыграем? Но эта игра — для смелых,
Эта игра для умных и непокорных.
Я научу тебя, как нужно видеть белых,
Чтоб с первого взгляда их отличить от черных.
Готовься, они тебе скажут, что ты рехнулся,
Запрут тебя в комнате, всунут тебя в оковы,
Сделают всё, чтобы ты сюда не вернулся.
Поэтому пообещай: никому ни слова.
От мысли о том, что ты обо всем узнаешь,
Ужас, сравнимый со смертью, их пробирает,
Что ты разорвёшь полотно, ты поймёшь, разгадаешь
И не забудешь больше, что так бывает,
Что ты прикоснешься сердцем к этому плоду
И больше не станешь прежним. Давай, настройся.
Давай поиграем, дружочек, с тобой в свободу:
Скажи всё, что хочешь, и ничего не бойся.
Такие правила: громко скажи, без страха,
Слушай свой тембр, свой первозданный голос,
Открой диафрагму, пусть затрещит рубаха,
Впервые вне гулкого хора, впервые соло.
Скажи всё, что думаешь сам, добавляй мажора,
Почувствуй себя валторной, альтом, гобоем.
И обещай вернуться сюда ещё раз.
И приводи ещё одного с собою.

* * *

Это ужасно было — и это ужасно будет.
Что они делают, Боже, видишь Ты или нет?!
Ладно бы были звери, ладно бы были не люди,
Но, Боже, они считают, что Ты на их стороне!

9 мая 23

Они

Как хорошо, что они не читают стихов.
А если читают, то понимают едва ли.
И нам остается тонкая сеточка слов,
Которую мы так трепетно наплетали,
В которую мы такое вплести смогли —
Им непонятные образы, шифры, пароли:
Боль и родной, и неродной земли,
Боли полей, боль асфальта и боль неволи,
Боль невиновности, горькую боль вины,
Старую боль истории, боль обмана,
Боли утрат, которые лишены
Всякого смысла, холодную боль кургана,
Боль созерцания, боль неуместности слов,
Боль крайней хаты и боль от разрыва связи,
Стотысячболей… Они не читают стихов,
Спрячем же боль — до времени — в каждой фразе.

Май 23

Одна шестая

Для кого-то одна шестая,
Для кого-то ты просто — одна.
Моя Родина, дорогая,
Горемычная ты страна,
Выбирая, не выбираю,
Но с тобой продолжаю жизнь.
Я прошу тебя, дорогая,
Ты, пожалуйста, продержись.

Я прошу тебя, вспомним что-то,
Кроме славных красивых дат,
Кроме танка и самолёта,
Безымянных твоих солдат,
Безымянных твоих героев,
Безымянных твоих трудяг.
Вспомним что-нибудь про другое:
Вспомним, Родина, и ГУЛАГ,
И как люди давали людям
Час на сборы, всю жизнь отняв.
Я прошу тебя, не забудем
Мы с тобой непарадных глав:
Как привеском болтался ненужным
Возле тюрем своих Ленинград,
Как доносы писали дружно
Мать на сына, на брата брат,
Как бесстрастно, легко и низко,
Как без следствия и суда,
Как без права на переписку…
Ну куда это деть, куда?
Что бежит у меня под кожей?
Разве кровь не сильней воды?
Ведь они мои предки тоже,
Они тоже мои деды.
Говорю я: «Не надо рая,
Там, где мы — там всегда не рай».
Я прошу, тебя, дорогая,
Ты, пожалуйста, не умирай.
Ты храни эту горькую память,
От которой горит в зобу,
Ты ЕЁ подними на знамя,
Ты ЕЁ пропиши на лбу,
Ты ЕЁ покажи ивану,
Пусть он помнит своё родство,
Пусть он помнит, что без изъяна
Нет в роду у него никого.
Для кого-то одна шестая,
Для кого-то ты просто — одна.
Моя Родина дорогая,
Горемычная ты страна.

Май 23

Редакционные материалы

album-art

Стихи и музыка